Птица

В небе бархатном, южном, лазурном, бескрайнем, пустынном,
Где оранжевым, снявшим с себя кожуру апельсином,
Солнце послеполуденное плавит дальние горы,
И те словно плывут облакам вслед, абстрактным узором,
Птица белая, лишь иллюзорная светлая точка,
Волей рока парила, мятежной души оболочка,
Над полями лаванды безумно-лилового цвета.
Мне казалось, что движутся горы, гонимые ветром.
Мне казалось, что тени причудливые кипарисов,
В горизонт голубой упираются зубчатым мысом.
А на вдаль убегающих ровных иссушенных грядках,
Ряд арбузов, томясь солнцем, пухнет в боках соком сладким.
Мне казалось, что мир – безмятежная вечная тайна,
Разгадать ее можно, но трудно необычайно.
И легко вместе с тем, знает птица, определенно,
Правит миром любовь, ей подвластны любые законы.