- Аня, Яна! Пора в путь! - позвала дочек Ольга и махнула рукой в сторону окон трехэтажного коттеджа. Тишина элитного поселка позволяла не пользоваться телефонами — громкий голос был слышен в доме.

Ольга Алексеевна Смирнова — известный профессор-нейрохирург посвятила жизнь изучению мозга и его взаимодействию с нервной системой. Провела сотни операций на мозге и считалась одним из столпов российской науки. Ее авторитет был непререкаем, как внутри страны, так и за пределами, а научные работы печатались в международных медицинских изданиях.

Две сестры-близняшки, Аня и Яна выскочили из дверей и направились к припаркованному у входа черному Мерседесу. Аня плюхнулась на переднее сиденье, а Яна — на заднее.
- Почему опять ты впереди? - расстроилась Яна, откидывая рюкзак на свободное место.
- Я первой добежала, - ответила Аня и показала сестре язык в зеркало заднего вида.
- Девочки, не ссорьтесь, - как всегда строго сказала мама и включила на дисплее музыку.

Все мамы-профессоры немного диктаторы. Издержки профессии, видимо. Дочки послушно замолчали, надев наушники и отгородившись от мира лентой соцсетей. Им недавно исполнилось по семнадцать — первокурсницы в медицинском. Решили идти по стопам матери. Другого варианта не было.

Машина едва слышно зашуршала по идеально ровному асфальту. Путь предстоял не близкий. Ежегодно летом они ездили отдыхать в какой-нибудь пансионат. Государство обеспечивало дорогими путевками особо выдающихся научных работников. Девочки уже смирились с этой неизбежной «каторгой» — как они это называли — чтобы не расстраивать мать и не вызывать ее очередного недовольства.

Трасса из Москвы была пустой и пролегала среди леса. Ехать — одно удовольствие. Ольга включила музыку погромче, возмущенно посмотрела на наушники дочерей. Они стянули их с неохотой, немного подулись, как и положено подросткам, но вскоре вслед за матерью стали подпевать известной рок-группе. Несмотря на их показные капризы, девочки любили такие поездки, потому как в остальное время мама была занята. Операции, исследования, научные работы, конференции. Все это отнимало львиную долю жизни, и редкие совместные отпуска становились глотком свежего воздуха. Золотым временем, когда можно побыть с «мамой», а не с «профессором», обсудить подружек и «тупых мальчиков», немного поссориться из-за пустяков и вдоволь насладиться ежедневными моментами, из которых и складываются отношения родителей и детей.

Когда закончилась очередная композиция, Ольга приглушила радио и повернулась к дочери:
- Ань, как у тебя дела с Максимом?
- Нормально, - улыбнулась Аня и повела плечом, снова уткнувшись в телефон. - На следующих выходных вроде идем в кино. Вот, как раз мне пишет.
- Хорошо, Ань. Рада за вас, - улыбнулась Ольга и бросила взгляд в зеркало заднего вида. - Ян, а как у тебя дела?
- Никак, - неохотно фыркнула Яна и отвернулась к окну. Ей не нравилось обсуждать свою личную жизнь даже с мамой.
- Ей нравится мальчик. Сашка, - встряла в разговор Аня, даже отложив телефон. - На параллельном курсе учится.
- Эй, ты откуда знаешь? Я о нем не говорила, - возмутилась Яна и ткнула сестру в плечо.
- Я твоя старшая сестра! Я все про тебя знаю!
- Ага, как же…старшая. На три минуты? - Яна скорчила гримасу и снова надела наушники.
- Этого достаточно, Ян. От меня ничего не скроешь, даже если заблочишь во всех сетях, - провокационно ответила Аня и развела руками.

Мама улыбнулась, слушая как сестры снова начинают грызться. Так было всю жизнь. Аня — душа компании, активная, веселая, любящая эксперименты с прическами и макияжем. Яна — ее противоположность. Скрытая, тихая, спокойная, предпочитающая классику во всем. Инь и Янь. Ольга обожала своих дочек.

В машине раздался телефонный звонок. Ольга включила громкую связь.
- Алло, я слушаю.
- Ольга Алексеевна, это Антонов. Нужна ваша консультация. К нам поступил новый пациент после аварии. Пытаемся определить дальнейшие шаги по его лечению.
- Да, хорошо. Пришли результат МРТ мне на телефон, я посмотрю и перезвоню.

Мама нажала отбой и сосредоточилась на дороге, время от времени устало постукивая пальцами по рулю. Ничего эти помощники сами сделать не могут. В первый день отпуска тревожат. Бояться напортачить с лечением. Телефон снова запиликал. Ольга Алексеевна, не отрываясь от дороги, одной рукой открыла снимок МРТ.
- Мама, - заканючила Яна, - не отвлекайся от дороги. Ты обещала.
Она всегда была немного мнительной и очень боялась, когда мама не смотрела вперед. Обычное дело. В ее профессии всегда вопрос жизни и смерти зависит от потраченных впустую секунд. Потому приходится искать любую возможность быстрее взглянуть на снимки и назначить лечение.
- Да-да, все хорошо, я буквально на секундочку, - сказала Ольга Алексеевна, поднося телефон ближе и внимательно рассматривая снимок. Снимок был плохой. Обильное кровоизлияние в мозг после травмы головы. Шанс выжить, а уж тем более вернуться к обычной жизни, минимальный. Но всегда есть вероятность чуда. Надо срочно оперировать…

Не успела Ольга Алексеевна додумать эту мысль, как машину повело влево, развернуло на девяносто градусов и вынесло на встречную, где как раз в их сторону несся большегруз.
Время замерло.
Ольга Алексеевна ударила по тормозам.
Телефон отлетел к лобовому.
Визг дочерей ударил по ушам.
Она успела подумать, что больше никогда не будет отвлекаться за рулем и что Яна как всегда оказалась права.
Но это уже было неважно. В следующее мгновение грузовик въехал прямо в заднюю дверь, где сидела Яна.

***

Ольга пришла в себя через три дня в родной московской больнице. Над ней склонился Антонов, ее помощник.
- До-о-чки. Г-где м-м-ои доч-ч-ки? - слипшимися губами едва прошептала Ольга. Каждое движение вызывало сильную тяжесть и боль.
- Они здесь. В больнице. Обе живы. Тебе нужно отдыхать. Спи, - сказал помощник, с тревогой окинул взглядом и что-то запустил в ее систему. Ольга хотела что-то сказать, но мысли запутались, и она снова отключилась.

В следующий раз она пришла в себя через пару дней. За это время организм немного набрался сил, и Ольга чувствовала себя значительно лучше. Голова еще болела, но мысли уже не путались.
- Сергей Валентиныч, - снова она обратилась к своему помощнику, протянула руку, все еще привязанную к системе, и схватила Антонова за рукав халата, - что с детьми?
- С Аней все хорошо. Она идет на поправку, и ее жизни ничего не угрожает. Девочка выздоровеет, - Антонов хмыкнул и быстро стал проверять данные на аппарате.
Ольга знала все повадки коллеги. Липкий холодок пробежал по спине. Дрожащими губами она тихо спросила:
- А…а… Яна?
Антонов устало вздохнул, засунул руки в карманы и уставился в пол.
- Яна в медикаментозной коме.
Он замолчал.
Тишина душила.
За окном прощебетала птичка, возвращая в реальность.
Она получила серьезные травмы. Мы делаем все возможное для ее выздоровления.
Банальные слова для родственников пациента, у которого мало шансов. Ольга вздохнула и зажмурилась. Отчаяние поглотило.

Уже через пару дней Ольга Алексеевна сидела в кресле-коляске в своем кабинете и рассматривала результаты МРТ младшей дочери. Вопреки всему результат был обнадеживающим. Мозг не был сильно поврежден, и если бы не несколько переломов по телу, можно было бы считать человека здоровым. Было только одно “но”. Яна никак не реагировала на внешние раздражители. Это было странно.
- Давайте разбудим ее, - твердо сказала Ольга Алексеевна собравшимся вокруг нее коллегам.
Врачи отключили аппарат, поддерживающий жизнь в Яне. Она дышала сама. Это просто отлично. Но реакции на раздражители так и не было.
- Вы должны были раньше включить ее. Возможно, она давно пришла бы в себя, - Ольга Алексеевна повысила голос и оглядела собравшихся врачей.
- Это ваша дочь. Простите, мы не рискнули без… вашего согласия. Если бы что-то пошло не так… - Антонов, как приближенный к профессору, решился высказаться за всех, но осекся на полуслове под жестким взглядом Ольги Алексеевны.

Она махнула рукой и отвернулась к окну. Сама виновата. И в аварии, и в том, что загнобила сотрудников, что они не только боятся принимать решение без нее, но даже не высказывают мнения. Во всем только ее вина.
Она откинула снимки на стол и направила электрическую коляску в палату к Ане.
- Мама! Как там Яна? - в коридоре к ней подскочила старшая дочь. Она выглядела вполне здоровой, только тревожные морщинки залегли между ярко подведенных глаз.
- Непонятно пока. Она в коме. Дышит сама. Но не реагирует на раздражители.
- Но она же жива? Да? Она же придет в себя? - голос Ани дрожал, она нервно крутила в руках телефон.
- Люди по тридцать лет могут находиться в коме. Тут от врачей ничего не зависит, - вздохнула Ольга и нежно взяла дочь за руку. На глазах девушки навернулись слезы.

***

Прошел год.
Состояние Яны не изменилось. Она пребывала в коме.
Ане пришлось вернуться к обычной жизни, несмотря на рвущие душу переживания о сестре. Она ходила на учебу, смотрела фильмы, даже встречалась с парнем. Убеждала себя, что учится и живет за двоих и что потом, непременно, расскажет Яне про все в мельчайших подробностях. Это мысль давала ей сил подниматься утром, улыбаться, жить. И справляться с давящим одиночеством.

Ольга Алексеевна еще больше времени стала проводить на работе. Яна лежала в ее отделении, и она каждый день приходила к ней и рассказывала о своих делах. И параллельно стала искать нетрадиционные методы лечения.
Однажды в интернете она наткнулась на статью восточных ученых, которые уверяли, что у человека есть некие точки, отвечающие за жизненные силы и если их правильно простимулировать точно направленной энергией, это может вылечить организм от любой болезни.
К этому времени Ольга Алексеевна испробовала все известные науке методы лечения. Они не работали. Надежда на выздоровление Яны таяла на глазах. Ольга, вопреки рациональному складу ума, решилась на эксперимент. Это был не какой-то логический медицинский шаг, а скорее акт отчаяния. Когда безнадежно больные обращаются к знахаркам и чародеям. Но тут хотя бы есть медицинский подтекст.
Ольга пришла домой пораньше и зашла в комнату Ани.
- Я хочу с тобой серьезно поговорить.
- Да, мам. Я слушаю, - Аня встала из-за стола и присела на кровать рядом с матерью.
- Недавно я прочитала про экспериментальный способ лечения болезней через стимуляцию особых точек у человека. - Можем попробовать такое с Яной.
- А это поможет? - недоверчиво спросила Аня. - Надо поискать в интернете отзывы.
- Никто не знает. Нет никаких отзывов. Это только теоретические расклады, - честно сказала Ольга Алексеевна и опустила глаза. - Нужно простимулировать специальной, направленной в нужное место энергией определенные точки на теле человека. Это как… как… - она стала жестикулировать, подбирая слова, - как послать планшету команду “вернуться к заводским настройкам” и сбросить все приобретенные баги и ошибки.
- Угу, понятно, откатить систему назад, - кивнула Аня и покосилась на планшет. - А что за специальная энергия?
- В теории ее должен генерить специальный аппарат, но его у нас нет. Ни у кого его нет, - обреченно прошептала Ольга, помолчала и тихо добавила. - Теоретически. Чисто теоретически, понимаешь. Но…
Она запнулась, поднялась к кровати, отошла к окну, потом резко развернулась и подошла к дочери.
- Таким аппаратом можешь выступить ты. Как сестра. Твои точки мы подключим к точкам Яны и перегоним энергию от тебя к ней. А передатчик, который бы контролировал процесс, наши умельцы уже сделали.
Аня хмыкнула и беззвучно пару раз открыла и закрыла рот.
- Звучит жутко и опасно, - она посмотрела в сторону и пожала плечами. - Я могу… умереть?
Ольга села рядом и, взяв дочь за руку, посмотрела в ее испуганные глаза.
- Если честно, я думаю, что вообще ничего не произойдет. Это все глупости околокультурные. Какой-то недоказанный шаманизм. И мне, как врачу, даже неловко…- она сделала неопределенный жест рукой, - Но я обязана тебе об этом сказать. И мы обязаны испробовать все возможное и невозможное. Но только тебе принимать решение.

Аня откинулась на кровать и уставилась в потолок. Тихая фоновая музыка на компьютере стала давящей.
- А если вся моя энергия уйдет к Яне? Что ты будешь делать? - через десять минут спросила она.
- Переключу провода и верну ее тебе, - ответила Ольга, не глядя на дочь.
- Хм… Забавно. Что ж. Давай попробуем, - Аня резко села и хлопнула в ладоши.

В этот же вечер Ольга Алексеевна и Аня пришли в палату Яны.
Аня немного помедлила, собираясь с духом, но все же легла на соседнюю койку, заранее приготовленную и поставленную рядом с кроватью Яны. Ольга улыбнулась и кивнула в благодарность. Они не разговаривали, но каждая понимала, насколько опасное и странное дело они затеяли.
Ольга подключила провода сначала к Ане, потом, секунду помешкав, — к Яне. Вытерев влажные ладони о халат, она нажала кнопку включения на наспех созданном передатчике.
Аня быстро обмякла и отключилась. В течение нескольких минут ничего не происходило, а затем Яна шевельнула пальцем.
Один раз, второй. Третий. Затем приоткрылись глаза.
- Яна! Яна! Это ты? - затараторила Ольга Алексеевна, бросившись к дочери и садясь на пол на уровне ее лица.
- Ян-на? Н-н-ет, ма-а-м-ма, это я. Ан-ня. Т-ты чего? - прошептала девушка одеревеневшими губами и сфокусировала взгляд на встревоженных глазах матери.
- Как Аня? Ты же там лежишь, - Ольга поднялась и отпрянула от кровати, показывая в сторону второй дочери с мелированными синими прядями в русых волосах.
- Н-н-е зн-н-аю как. Пос-сле того к-как ты вк-к-ключила с-свой аппарат, я усн-н-ула и сейчас просн-н-улась.
- А ты помнишь какое сегодня число? - не успокаивалась мама, хмурясь и внимательно разглядывая дочь.
- Да, - девушка облизала пересохшие губы. Речь стала четче. - 25 июля 2025 года.
- Верно, - кивнула Ольга и сложила руки на груди, поглядывая на передатчик. Он все еще мелькал красным и синим огоньком.
- Это я, мама, честно!
- Как же так? Как такое возможно? А как ты себя чувствуешь? - Ольга подошла к дочери и быстро ощупала ее тело.
- Очень плохо. Жуткая слабость. Тяжело шевелить руками и ногами. Да и вообще. Как будто вокруг все чужое, - Аня попыталась подняться, но Ольга ее остановила. Сомнения, страх, отчаяние и всепоглощающее чувство вины затмевали разум.
- Похоже так и есть. Ты каким-то образом переселилась в тело Яны.
- Ого! Круто! Вернее, нет. Я хочу обратно к себе, - Аня повернула голову, смотря на спящую себя.
- Да, да, да, - закивала головой Ольга, - сейчас переключу аппарат и попробую вернуть тебя. Приготовься!
Сердце колотилось как бешеное, на лбу выступили капельки пота. Ольга дрожащими от напряжения руками подошла к передатчику и снова нажала кнопку.
Возвращение произошло без проблем. Аня резко проснулась, села, глотая ртом воздух. Она ощупала себя руками, особенно радуясь волосам до плеч и сохранившемуся мелированию. И подробно рассказала маме ощущения.
- Это просто невероятно! - хмыкнула Ольга, всплескивая руками. - А Яну? Ты Яну чувствовала?
- Ничего не чувствовала, - удрученно покачала головой Аня.
- Печально, - тяжело вздохнула Ольга Алексеевна.
Они сидели в полутьме лаборатории, слушали мерное пиканье передатчика, смотрели на спящее тело Яны и молчали.

Следующие несколько месяцев они старались не обсуждать произошедшее. Было очевидно, что процесс не сработал так, как нужно, а то, как он сработал - не имело никакого значения. Это был бесполезный опыт, который не позволил вернуть Яну к жизни. Все, точка. Ольга старалась забыть эксперимент, ругала себя за слабость, за наваждение, и мечтала, чтобы подростковые проблемы дочери вытеснили в ней эту ситуацию в глубокое подсознание, куда возможно долгое время не будет хода.

Но спустя некоторое время, Аня подняла непростую тему.
- Знаешь, после того эксперимента, иногда ночью мне снятся странные сны. Словно я нахожусь в незнакомом месте, чувствую себя неуютно, как тогда, в лаборатории, но в этот раз я слышу голос Яны. Она зовет меня и просит помочь, - она присела на диван и уставилась на экран, где показывали научную передачу про исследования мозга. Ольга с бокалом в руках пустыми глазами смотрела в экран.
- Это нормально для твоего состояния. Мозг пережил что-то из разряда вон выходящее и таким образом пытается как-то адаптироваться, забудь, - не глядя на дочь ответила Ольга, но внутри все сжалось в комок.
Не забыла! Она помнит! Черт!
- Да, но проблема в том, что сны очень реальны, - парировала Аня, развернувшись к матери и стукнув ладонью по спинке дивана, - а вдруг это не сны? Вдруг я ночью каким-то образом могу переселяться в ее тело? И меня правда зовет Яна? Из какого-то другого мира. Кто знает? Теперь уже ни в чем нельзя быть уверенной. Давай еще раз поэкспериментируем.
Ольга залпом осушила бокал. Спустя десять минут тягостного молчания и внутренних сжирающих сомнений, она тихо ответила:
- Хорошо, Ань. Завтра вечером.

***

Вечером следующего дня Ольга Алексеевна и Аня снова были в лаборатории. Подключившись к сестре, Аня обмякла и уснула. Через минуту она открыла глаза уже в теле Яны.
- Мам-ма. Я т-тут!
- Аня, ты? - Ольга бросила к кровати.
- Да, м-а-ам. Это я.
- Прислушайся к себе! Слышишь Яну? Зови ее!
Аня стала звать Яну внутренним голосом. Она почувствовала, что находится где-то посреди степи, вокруг ни души, ни дерева. Только степь. На сотни километров вокруг. Сумрак. Пустота.
- Яна! Я–яна!!! Ты тут? Я-н-на!
Аня звала сестру и оглядывалась вокруг, прислушиваясь: возможно со стороны донесется знакомый голос?
Ответа не было.
Тишина.
Только степь. Пустынная степь без деревьев и людей.
- Я-н-на! Это я! Твоя сестра Аня! Ты тут? Я-н-на!!! - в отчаянии прокричала Аня. Если бы это происходило в реальности, то она сорвала бы голос.
Тишина.
Аня расстроилась. Ей казалось, что в этот раз она точно должна была услышать сестру. Как во сне. Чем сон отличается от этого? Отчаянье разрывало до слез. Но Аня не знала, можно ли здесь плакать.
Она вернулась.
- Я не слышу ее.
- Продолжай, дочь. Продолжай. Она где-то там. Я точно знаю. Я чувствую. И ты это знаешь.
И в этот момент Аня услышала слабенький голосок внутри себя:
- Аня! Я тут. Аня!
Голос был совсем тихим. Слабым шепотом. Слово эхо, он доносился из ниоткуда.
- Яна! Я тебя слышу! Яна! Ты тут? - прокричала Аня и закрыла глаза.
- Да, сестра! Я тут, - голос становился сильнее и громче. Словно сестра подходила ближе.
- Боже! Как же я рада! Боже! Яночка! Я так скучала!
- Я знаю. Я слышала тебя тут несколько раз, но не могла до тебя достучаться, - ответил голос Яны.
- Несколько раз? Я была тут только однажды.
- Нет. Ты приходила сюда во снах, - ответила Яна.
- Правда? Значит это все-таки было? Я думала, мне это снилось.
- Но как ты вообще это делаешь? - спросила Яна.
- Это все мама, - всхлипывая от радости кричала Аня. - Ты же ее знаешь. Она так надеялась тебя вернуть. Думала, я смогу поделиться с тобой энергией для твоего восстановления. Но сработало иначе. А по ночам. По ночам… даже не знаю. Может, я как-то научилась без аппарата это делать.
- Ладно. Это не важно. Я так рада тебя слышать. Я здесь словно в клетке, которая висит посреди пустоты. Ничего не могу, ничего не чувствую, - пожаловалась Яна. - А благодаря тебе я хотя бы могу видеть.
- Правда? Ты видишь все, но ничего не чувствуешь? Не можешь управлять телом?
- Совсем.
- Я расскажу об этом маме. Она что-нибудь придумает.
Аня открыла глаза и повернулась к маме.
- Мамочка! Я слышу ее! Мы общаемся!
Ольга ахнула и села на кровать, сжимая в ладонях лицо дочери.
- Правда? Правда? Невероятно! Я так рада!
- Да, мамочка, - Аня схватила маму за руки и крепко сжала их. - Яна передает тебе привет и говорит, что слышала и видела тебя каждый день, когда ты приходила к ней и рассказывала обо всем. Она тебя очень любит.
- Слава Богу. Невероятно, - еще раз повторила Ольга Алексеевна и крепко обняла дочь.
- Да. Но есть еще одна деталь. Яна говорит, что я появлялась тут по ночам, когда спала. Помнишь я рассказывала тебе про странные сны.
- Да. Помню, - Ольга отстранилась, внимательно смотря в обеспокоенные глаза Ани. - Видимо, единожды здесь оказавшись, оставляешь след и сознание способно сюда возвращаться самостоятельно. Без проводов. Это так невероятно! Это так круто!
- Если все так, то теперь мы сможем чаще общаться с Яной. Ей будет легче.
- Да, мамочка, - весело кивнула Аня и попыталась подняться с кровати. - Будем чаще с ней общаться! Каждый день!
Осторожно. Сейчас принесу коляску. Тело атрофировалось. Тебе придется его восстанавливать через упражнения. Потом, когда оно восстановится, ты сможешь вызывать Яну и гулять вместе с ней, станешь ей глазами. Благодаря тебе она сможет увидеть мир.
Аня с трудом поднялась и с помощью мамы перевалилась в коляску. Тело не слушалось. Стало каменным и чужим. Через несколько попыток Аня смогла нажимать на кнопки, чтобы управлять современной электоколяской.
- Ничего. Ничего. Это будет трудный процесс. Но ты же сделаешь это для сестры? - Ольга не могла нарадоваться результатам эксперимента.
Ее дочери рядом. Обе. Даже если одна застряла в далеком пространстве. Ее сознание живо. Со всем остальным справится наука и современные технологии.
- Конечно. Конечно сделаю. Я так рада ее слышать!
Аня закрыла глаза и снова обратилась к сестре.
- Янка! Мы восстановим твое тело и будем вместе путешествовать.
- Правда? Я так хочу снова увидеть деревья, птиц и даже друзей. Это так волнительно. Я до сих пор не верю в происходящее, - секунду подумав, Яна добавила. - Знаешь, я мечтала о смерти. Невыносимо находиться в клетке. В пустоте. В одиночестве. Но теперь я чувствую прилив сил. Чувствую, что все не так плохо. Но только обещай…
- Да, все, что хочешь!
- Ты не будешь укорачивать мне волосы и делать мелирование и макияж! Обещай!
Аня улыбаясь и кивнула.

***
В больнице никто не заметил подмены, благо в день эксперимента Аня успела перекрасить «своему телу» волосы в натуральный оттенок и смыть макияж. Для всех Яна оставалась в больнице.

Но с этого момента начались долгие месяцы восстановления. Каждый вечер Аня с мамой занимались физкультурой. Ольга делала массаж всему телу, а Аня — физические упражнения. Через месяц она уже могла оставить коляску и перемещаться на костылях самостоятельно. А через четыре месяца — научилась ходить на небольшие расстояния.
По ночам, во сне, Аня легко научилась перемещаться в тело Яны. Они долго общались. Аня рассказывала как дела у друзей Яны: кто в кого влюбился, кто с кем целовался — и события дня. Такие мелочи давали сестрам силы жить дальше. Яна мечтала, что когда-нибудь сама сможет управлять своим телом.
Ольга продолжала поиски вариантов, как вернуть дочь в физическое тело. Но последующие эксперименты не приносили результата.
Яна оставалась в клетке.
Аня пыталась жить по-новому. Когда она с мамой — и с Яной внутри — гуляли на улице, никто не замечал разницы. Все-таки сестры были близняшками. А что девушка сменила имидж, отказавшись от яркой одежды, макияжа и вернувшись к натуральному русому цвету волос — для подростков обычное дело. Однажды Аня предложила Яне сходить на учебу.
- Хочешь, завтра мы с тобой сходим в институт. Посмотришь на универ после ремонта, встретимся с друзьями. А может, я даже познакомлю тебя со своим парнем.
- У тебя есть парень? - удивленно ответила Яна изнутри. - Почему ты не говорила раньше? Это Максим?
- Нет. С ним мы давно расстались, - фыркнула Аня. - Зануда и абьюзер.
- Ты не говорила.
- Это мелочи. Но ты удивишься моему новому парню, - Аня сделала акцент на слове “новый» и многозначительно закатила глаза.
- Это Глеб? - догадалась Яна.
Главный красавчик группы. Высокий, со светлыми волосами и с глубокими карими глазами. Он был не только красивым, но еще умным и богатым. Перспективный жених. По нему сходили с ума все одногруппницы.
- Неее. Напыщенный нарцисс. Понтуется много. Я таких не люблю, - фыркнула Аня.

***
Аня шла по коридору института и услышала голос:
- Ань. Привет. Я скучал. Как ты?
Яна внутри замерла. Это был Сашка. Ее Сашка. Невероятно. Сестра встречается с ее парнем? Поэтому она и не говорила. Стоило ей заболеть, как старшая сестра тут же увела парня. Невероятно!
Саша подошел и поцеловал Аню в губы. У Яны задрожал голос.
- Аня! Аня! Скажи, что это шутка, - закричала Яна изнутри. - Ты не могла его увести! Это же мой парень.
- Да, Ян. Он очень тебя любил, - мысленно ответила сестра. - Каждый день ходил тебя проведывать. Такая забота. Он так убивался. Мне стало его жалко и один раз я позвала его пообедать. Мы разговорились, и оказалось у нас много общего. Встреча за встречей, и я поняла, что влюбилась. Ты должна меня понять. Понять и простить. Он до последнего верил, что ты поправишься. Но через полгода даже у него стали опускаться руки. Он бы ушел к другой, - оправдывалась Аня. Она ощущала, как сильно расстроена сестра. - Ты должна понять, что он не мог вечно о тебе заботиться. Все врачи говорили, что ты вряд ли придешь в себя. Если бы не мама, наверное, ты так всю жизнь и провела бы в клетке.
Яна не хотела ничего слышать. Она чувствовала себя преданной. И парнем, и родной сестрой. Это был удар. Она плакала, обзывала Аню, ругалась, билась в клетке как пойманная птица. Аня сразу же вернулась в больницу.
- Это была плохая идея, отвести тебя в институт. Прости. Надо было тебе сразу все рассказать. Я не хотела тебя обидеть. Правда.

***

Прошло несколько лет.
Аня закончила институт.
Она уже привыкла находиться в теле сестры, когда ее тело «спало». К этому времени Ольга давно уже перевезла тело Яны домой под предлогом, что здесь она сможет лучше заботиться о ней.
Аня же днем жила своей жизнью, а ночью они втроем устраивали посиделки. Общались. Смеялись. Мечтали.
После окончания института у нее состоялся серьезный диалог с мамой.
- Ань. Хочу с тобой поговорить, - Ольга вошла в комнату уже взрослой дочери и присела на кровать.
- Да, мам, слушаю, - напряглась Аня и присела рядом.
- Тебе все сложнее вести двойную жизнь. Подумай, может тебе стоит переехать куда-нибудь. Например, в Лос-Анджелес. У нас разница во времени 11 часов. Ты сможешь там целый день быть собой, а когда там ночь, быть тут, в теле Яны. Так ты сможешь прожить две жизни и Яне помочь быть больше среди людей. Тебе даже не надо будет работать в Лос-Анджелесе. Я смогу тебя содержать. Будешь заниматься своим любимым делом или просто отдыхать, путешествовать.
- Рисовать, например? - Аня улыбнулась. В последнее время она увлеклась графическим дизайном и отрисовкой персонажей для мультипликации и игр. В Лос-Анджелесе сразу бы появились перспективы.
- Да. Например. Жить в свое удовольствие.
- Это интересный вариант, - улыбнулась Аня, поднялась и отошла к окну.
- Но есть нюансы. Ты там не сможешь обзавестись семьей. И вообще… личной жизнью, - Ольга пристально посмотрела на дочь. - Ты же понимаешь: люди заподозрят неладное, когда ты будешь засыпать и тебя не смогут разбудить. Ну и в отношениях… что мне тебе рассказывать…
Ольга махнула рукой и подошла к окну, встала рядом с дочерью. Они смотрели вдаль, на разросшийся небольшой лесок. Когда «заснула» Яна он был лишь невысокими посадками.
- Но зато ты сможешь все реализовать здесь, в теле Яны. И семью завести, и детей.
- Но здесь же я также буду засыпать и не просыпаться, - огрызнулась Аня.
- Да, но здесь вы будете жить со мной в доме и я смогу объяснить твоему мужу, что это последствия травмы из-за аварии. Тут ты будешь под моим присмотром, и с тобой ничего плохого не случится, - она посмотрела на дочь и увидела усмешку отчаяния на ее губах. - Я понимаю, что очень многого прошу. Ты просто подумай, ладно.
- Я обсужу все с Яной, - закончила разговор Аня и демонстративно вышла из комнаты.

В этот же вечер она пришла к Яне.
- Мама предлагает такой вариант. Что думаешь? И сразу уточню: тебе придется смириться с тем, что я встречаюсь с Сашей. Наверное мы поженимся и у нас будут дети. Все-таки столько лет вместе. Тебе придется все это видеть и терпеть.
- Я уже давно остыла к нему, - спокойно ответила Яна. - Не думаю, что это проблема. Конечно, я хотела бы получить больше свободы. Например, съездить на океан.
- Обязательно съездим, - согласилась Аня и мысленно крепко обняла сестру.

Так и поступили. Аня уехала в США. Там она сняла небольшую квартирку с видам на океан, и стала рисовать. В ней даже проснулся талант к живописи, она часами могла сидеть на берегу и рисовать. А ночами возвращалась в Москву к своей семье.
После отъезда дочери Ольге пришлось инсценировать смерть Яны.
Якобы у нее осталась только Аня.
Улетела она тайно, никто не знал, что на самом деле она находится в США. Были похороны, слезы, некрологи. Но некоторые наоборот, радовались, что Яна, наконец, отмучилась и оказалась в лучшем мире. Однажды Яне стало интересно, чье тело они хоронили. Его, разумеется, пришлось подменить.

После окончания института Саша и впрямь сделал предложение Ане. Яна, казалось, даже порадовалась. Была воодушевлена. Когда надо, давала советы, подсказывала, но старалась часто сестру не доставать. Она знала, что в любой момент может снова оказаться неудел.
Время шло. У Ани и Саши появились дети.
Тоже близнецы. Мальчики.
Иногда Аня грустила. Ей хотелось вернуться в свое тело в США. Там она была по-настоящему счастлива. Рядом с океаном, новыми друзьями, мелкими интрижками. Она не давала надежд на отношения, держала всех на расстоянии. Никому не позволяла оставаться у себя ночевать. Устраивала выставки, продавала картины. Ее взяли в команду разработчиков популярной серии игр. Через какое-то время она стала сама себя обеспечивать, неплохо зарабатывала. Ее картины пользовались популярностью. Возвращаться в тело Яны — в Москву, к проблемам и кричащим детям — ей хотелось все меньше и меньше.
- Почему ты так мало времени уделяешь детям? Ты постоянно под любым предлогом хочешь лечь спать, - ругала сестру Яна, хотя догадывалась о причинах.
- Конечно. Там я живу свою жизнью, - Аня сделала акцент на слове «свою». - Там я счастлива, а тут меня съедает быт! Дети, муж. Еще ты своими нравоучениями достаешь!
- Но я же тебя не заставляла жить на две жизни. Ты сама так захотела. - не унималась Яна. Ей было обидно слушать обвинения.
- Да. Ради тебя! Чтобы тебе было легче, - Аня чувствовала, что внутри прорвалась лавина негодования, и остановить ее она не в силах. - Я свою жизнь принесла в жертву! Понимаешь? Вокруг меня потрясающие мужчины, но я не могу создать семью. Да что там семью, - усмехнулась она. - Даже длительные отношения. Даже на одну ночь. Не могу передвигаться куда захочу. Я тоже оказалась заперта в клетке, как и ты! Так что не строй из себя жертву или святошу!
- Как ты можешь такое говорить? - негодовала Яна. - Как ты можешь это сравнивать? На денек бы тебя на мое место — поняла бы что такое клетка. Ты жалуешься, что не можешь построить свою личную жизнь? Ты же сама выбрала мужа!

Аня с Яной ссорились все чаще.
Яна понимала, что происходит с сестрой, чувствовала накрывающую депрессию, но не могла согласиться уйти. Тут же дети. Яна в них души не чаяла. Казалось, она их любила больше Ани. Чтобы заглушить голос Яны — голос совести — Аня начала выпивать. Вместе с мужем. Алкоголь помогал во-первых, заглушить Яну, а во-вторых, быстрее уснуть, чтобы проснуться в Лос-Анджелесе. Муж стал раздражительным.
- Аня, хватит пить. Ты губишь все, что мы создали. Зачем ты это делаешь? - возмущалась в бессилии Яна.
- Чтобы меньше тебя слышать, - однажды зло фыркнула Аня, выпивая шипучку от головной боли. - Ты утомила уже меня своими нравоучениями. Я устала от них. То же мне святоша нашлась!

Однажды, придя домой сильно пьяным, и увидев, что Аня опять спит, а ужина нет, муж начал будить ее. Ольги Алексеевны дома не было, остановить его было некому. Осознав, что Аня не просыпается и от нее пахнет алкоголем, он начал ее избивать. Бил сначала по щекам. А потом, видимо, потеряв надежду разбудить, начал бить кулаками. Когда Аня снова появилась, Яна была в ужасе и рыдала, рассказывая, что он сотворил.
- Что ты ноешь? - бесцветно сказала Аня, - Ты все равно ничего не чувствуешь. Уйди!

Яна была в шоке. Она не узнавала сестру. Пропасть между ними росла с каждым днем, засасывая как горячая лава все хорошее, что было раньше.
Так продолжалось несколько месяцев. Аня ничего не рассказывала маме, а Яна не могла рассказать. Поговорить с сестрой ей больше не удавалось. Аня игнорировала ее.
Однажды, видимо, совсем сойдя с ума, Саша посадил пьяную Аню на кровать и со всего размаху ударил кулаком по лицу. Он избивал ее несколько минут за неприготовленный ужин. А потом в бешенстве изнасиловал. После того как все закончилось, он плюнул под ноги и со всего маха ударил ее по голове.
Что-то изменилось.
Яна это поняла сразу. Она почувствовала боль. Болело все тело. Раскалывалась голова. Но впервые Яна чувствовала боль. И была ей рада.
Она снова чувствовала! Тело было неуправляемым. Пьяным. Разбитым. Немощным. Но ее!

Она попыталась подняться, но упала навзничь и отключилась.

Через мгновение Яна открыла глаза и не поняла, где находится.
Чужая квартира. С рядами пустых бутылок и горами мусора.
Яна пошевелила рукой. Потом ногой. Поднялась, подошла к окну, заметила, что створка на окне поднимается вверх, как не делают в России. На нее смотрел чужой город. Шумел океан.
Невероятно! Она в теле Ани.
Яна ходила по комнате и ощупывала свои ноги и руки, трогала лицо, предметы, ощущала давно забытые текстуры, температуру. Даже залезла рукой в холодильник. Как же это приятно, снова чувствовать.
Она целый день провела в квартире, убралась, собрала мусор в пакеты. А вечером снова уснула и оказалась в своем теле. В Москве.
Первое что она услышала — крик Ани.
Она рыдала. У нее случилась истерика.
- Привет, Ань, - спокойно сказала Яна.
- Наконец-то! Где тебя носило? Что случилось?
- Видимо, муженек так сильно тебя избил, что мы поменялись с местами. Теперь ты в клетке, а я управляю обоими телами. Ну и грязищу ты развела в комнате.
- Я хочу назад! Верни меня! - взвизгнула Аня.
- Даже если бы могла, не вернула бы, - печально вздохнула Яна. - Зачем? Чтобы ты пила и издевалась над детьми, а часто и надо мной? И вообще… замолчи. У меня есть важное дело.
Какое?
Яна молча подошла к аптечке, взяла таблетку снотворного, сделала чай и пошла к спящему мужу.
- Родной, тебе наверное плохо? Просыпайся. Выпей чайку.
Саша с похмелья ничего не соображал и взял дрожащими руками кружку. Залпом выпил и отключился. Яна перетащила его в подвал и привязала к стулу. Когда муж пришел в себя и осознал, что привязан, начал вырываться, изрыгая ругательства и угрозы.
- Отвяжи ***! Какая же ты ****! Отвяжи **** или я за себя не ручаюсь.
- Ты не в том положении, чтобы угрожать, дорогой, - ответила Яна и взяла биту. - Сейчас ты ответишь за все!
Яна нанесла первый удар по голове. Саша закачался на стуле, захрипел и рухнул на пол. По бетону растеклись струйка крови.
- Как тебе? Нравится? Это за меня!
Удар по плечу.
- Это за сестру!
Удар по голове.
Кровь заливало лицо Саши. В глазах читался страх и непонимание. Он плевался кровью, давился выбитыми зубами, дергался гусеницей и пытался уклониться от сыплющихся все новых яростных ударов.
- За кафкую *** сефтру? Ты сфятила, что ли ***? У тебя крыфа фъехала!
Новый удар в пах. Саша завопил и попытался согнуться, но тугие веревки ему не давали.
- А это за детей!
Удар по ноге. Хруст.
- За то, как вы с Аней над ними измывались! За их слезы и страх!
Яна продолжала наносить удары. Один за одним. Лицо Саши уже перестало походить на лицо. Сплошное кровавое месиво. Один глаз свисал из глазницы. Пол был залит кровью.
Кстати, дорогой, из-за твоих побоев я стала хуже видеть, - наигранно и зло сказала она, наклоняясь над свисающим глазом. - Око за око, гаденыш!
Яна снова замахнулась, думая, какое место еще может выдержать удар и не сломаться сразу. Саша уже не кричал — сознание милостиво покинула его. Осталось только тело, готовое вытерпеть сколько угодно человеческого гнева.
Где-то внутри от ужаса вопила Аня.
- Что ты делаешь? Остановись!
- Нет, Анюта. Нет, дорогая сестра. Я очень долго терпела твои выходки и молила остановиться. Но ты не только угробила мою жизнь, но и свою в Лос-Анджелесе. Ты и там стала пить. У тебя было все: океан, карьера, друзья. Миллионы человек об этом только мечтают. А ты все спустила в мусор. Прости, я не могу позволить, чтобы ты воспитывала моих детей.

Яна выкрикнула слово «моих» так, что эхо отскочило от стен.
После того, как Яна убедилась, что Саша мертв, она поднялась в дом, открыла аптечку, достала все лекарства, которые там были и выпила их залпом.
- Что ты делаешь? Ты же убьешь нас! - Аня негодовала в бессилии.
- Не нас, а тебя. Если я правильно рассчитала, то сейчас усну и проснусь в твоем теле на берегу океана. А ты останешься тут. Умирать! - секунду подумав, Яна добавила, - Прощай сестра! Я правда думала, что мы сможем с тобой вместе прожить целую жизнь. Но, судя по всему, жизнь на два тела сводит человека с ума. Делает раздражительным и нервным. Я так не хочу. И не переживай о детях. Я их заберу. У них будет прекрасная жизнь. Как и у меня!

Яна чувствовала, как силы покидают ее, а глаза закрываются. Она облокотилась на стол и заметила как стакан с водой разлетелся, ударившись о кафель.

Минуту спустя она очнулась в знакомой квартире. Она резко села на кровати, жадно глотая воздух. Тут же поднялась, побежала в ванную и умылась ледяной водой. Стало легче дышать, голова прояснилась. Внутри было тихо.
Она не спеша оделась, заварила кофе, проверила счет сестры — у нее и впрямь оказалось достаточно денег. Еще одна пачка налички лежала в столе. После Яна нашла документы, и, наскоро собравшись, написала записку владельцу квартиры, оставила оплату и направилась в аэропорт. Ей удалось чудом купить оставшийся билет на рейс до Москвы.

***
Ольга Алексеевна вернулась с похорон.
Она похоронила дочь.
Вторые похороны, но первые настоящие.
На ней не было лица. Она второй день звонила на номер в США, пыталась набрать дочь в соцсетях, но никто не отвечал. Она не понимала, что происходит. Зайдя в дом, Ольга направилась в кухню и заметила листочек. На нем знакомым почерком было выведено: “Я забрала детей. С ними все будет хорошо. Не ищи нас. Я потом сама тебя найду. Яна”.
Ольга Алексеевна сжала листочек, опустилась на стул и горько заплакала.

Кирилл очень любил свою семью и готов был ради нее на все. Красавица жена Наталья, с которой они вместе со школы, и умница сын Андрюша, ему уже четыре года. Кирилл любил смотреть за тем, как он бегает во дворе с другими детьми.
Сам Кирилл очень рано остался сиротой. Ему было лет пять, когда мама неожиданно сошла с ума и ее поместили в специализированное заведение, а отец просто исчез. Мама так и говорила: твой папа испарился. Кирилл не понимал, что это значит, но, по большому счету он об этом и не задумывался. Мало ли что приходит в голову больному человеку. Кирилл рос с бабушкой, с маминой мамой. Жили они бедно, денег не хватало даже на еду, порой, не говоря уже об одежде или тем более компьютерах. Кирилл точно знал, что в этой жизни рассчитывать он может только на себя, а потому учился он прилежно и успешно. Школу закончил с золотой медалью. Поступил в институт и закончил экономический факультет.
Иногда они с бабушкой ездили в больницу навещать маму. Ее состояние не менялось, хоть уже прошло более двадцати лет с тех пор, как все случилось, и врачи просто не могли понять, что с ней произошло на самом деле и связано ли это как-то с исчезновением отца.
Создав свою семью, Кирилл посвятил всего себя работе. Он работал в банке и зарабатывал довольно неплохо для своих лет. Он хотел обеспечить своему ребенку то детство, которого не было у него самого. Это требовало много сил и энергии, которых в итоге ему не хватало на семью. Это не радовало Наталью, но она с пониманием относилась к происходящему и достойно несла ношу воспитания ребенка. Иногда Кириллу удавалось вырвать пару выходных на работе, и они ездили втроем в Москву, Санкт-Петербург или просто в какой-нибудь пансионат.
Не забывал Кирилл и про бабушку. Звонил ей часто, как мог. Она обожала и внука, и особенно правнука. Иногда, когда Кирилл улетал в командировку, Наталья с Андрюшей сама ехала к бабушке Кирилла с ночевкой, чтобы бабушка чаще видела своего правнука, а ее сын знал свою прабабушку.
Однажды вечером, когда Кирилл вернулся с работы и сидел на кухне в ожидании ужина, ему позвонили с больницы.
- Здравствуйте, Кирилл Вячеславович. Это главврач Сидоренко Сергей Михайлович. К сожалению, вынужден сообщить вам, что сегодня ваша мама умерла.
Кирилл, конечно, сильно расстроился. Но не потому что он переживал о матери, она для него была практически чужой человек, а потому что переживал о бабушке. Он понимал, что она-то точно будет это тяжело переживать. Это же ее родная дочь, которую она воспитала.
На следующий день, Кирилл приехал в больницу. Врач просил посмотреть ее вещи, возможно, что-то захочет оставить себе. Вещей было немного. Расческа, кружка, еще какая-то мелочевка. И медальон.
- Она всегда носила его с собой, - сказал главврач, видя удивление Кирилла. – Она говорила, что это все, что осталось от ее мужа, вашего отца. Возможно, вы захотите его забрать себе. Как память о семье.
Кирилл приехал с этим медальоном к бабушке.
- Ты видела его когда-нибудь раньше? – спросил он ее, протягивая медальон.
- Это было так давно. Но, вроде бы да. Точно, вспомнила. Отец твой его всегда носил на шее. Как-то рассказывал мне, что он достался уме от его отца. Такой семейный медальон. Я думала он давно потерялся. Даже не знала, что она хранила его все это время. Она очень любила твоего отца. Умы не приложу, что же случилось в тот день.
Кирилл надел медальон на шею. Это все, что у него осталось от родителей. И ему сразу как-то стало легче, как будто он почувствовал, что родители стали ему ближе. Теперь они хранятся на его груди.
Прошел год. Кирилл совсем закрутился на работе. В банке внедряли новую услугу и его поставили руководить процессом. Огромная ответственность. Но если он справится, это откроет ему дорогу в топ-менеджмент. А там совсем другие зарплаты. Андрюшка никогда ни в чем не будет нуждаться. Но на данный момент эта работа занимала все его время и силы. Нечастые выходные, которые у него выдавались, он предпочитал просто лежать с телевизором или газетой. Ни на что больше сил не оставалось.
- Дорогой, давай сегодня съездим в магазин, закупим продукты.
- Наташечка, можешь без меня? Я так устал за неделю, что хочу в своей единственный выходной просто полежать не двигаясь.
- Ты совсем перестал уделять нам время. Постоянно работаешь. На нас у тебя просто не остается сил.
- Ну ты же сама знаешь почему я так много работаю. Я же для вас стараюсь. Чтобы ты могла не работать и больше времени уделять сыну.
- А ты у меня спросил чего я хочу? Может быть я предпочла бы работать, но чаще видеть мужа на выходных хотя бы.
Это было неожиданное признание, и Кирилл не нашелся что ответить. Он об этом даже не задумывался. Наталья прошла в комнату и стала переодеваться. Затем молча взяла Андрюшу и вышла из квартиры. Кирилл посидел несколько мгновений и решил, что вполне может съездить с ними за продуктами, ничего с ним не случится. Он выскочил на балкон как раз в тот момент, когда его жена подходила к машине, и крикнул: «Наташ, подожди, я спускаюсь». Быстро собрался и выбежал на улицу. Но машины Натальи уже не было. Они уже уехали в магазин.
Это был последний раз, когда Кирилл видел их живыми. Через час ему позвонили из полиции и сообщили, что какой-то пьяный дурак не справился с управлением и вылетел на встречку, влетев в их автомобиль на полной скорости.
Весь мир рухнул.
Через два дня были похороны. В закрытом гробу. Авария была такой силы, что на них живого места не осталось. Ему настойчиво рекомендовали хоронить их в закрытом гробу, чтобы не шокировать окружающих.
Вечером, придя после похорон в пустую квартиру, Кирилл, не раздеваясь, уткнулся в подушку и проспал до утра. Самое сложное после похорон – это первое утро. Когда ты понимаешь, что это был не сон. Что все случившееся - правда и это навсегда. Утром Кирилл открыл глаза, но даже не попытался встать. Не то, чтобы у него не было сил. У него не было желания. Зачем теперь вставать? Зачем теперь на работу ходить? Зачем вообще жить? Боль пронзала все его существо. Как же больно! Только боль была не душевной. Боль была вполне физической.
Кирилл поднялся и дошел до ванной. Глядя в зеркало, он осознал, что эту боль ему причинял медальон. Семейный медальон. Он как будто светился. И обжигал. Кирилл схватил медальон в руку. Пусть на руке будет ожог. Лучше физическая боль, чем такая душевная. Может эта боль отвлечет его от потерь.
Но как только Кирилл схватил медальон, что-то произошло. Яркая вспышка. Словно по голове ударили. И уже в следующее мгновение Кирилл стоит на улице. Только что он был в своей темной квартире, а теперь он на светлой улице. Что это? Он сходит с ума? Его скоро отправят туда, где была его мать? В психушку?
Спустя несколько секунд, он стал осознавать, что находится во дворе из дома, в десяти метрах от их подъезда. Что он тут делает? Как он тут оказался? Неужели и вправду крыша едет? В эту секунду открылась входная дверь в их подъезд и оттуда вышла… его жена с Андрюшкой. Кирилл смотрел за ними раскрыв рот. Что это? Как это возможно? Они уже подошли к машине, как вдруг раздался голос откуда-то сверху: «Наташ, подожди, я спускаюсь». Это кричал он сам. Кирилл даже увидел себя на балконе.
Как это все возможно? Что это? Волшебный медальон? Он дает шанс все исправить? В конце концов не важно, как это все возможно! Важно лишь то, что у него появился шанс остановить жену и не дать ей возможность уехать. Наталья уже посадила Анрюшку в кресло и пристегнула его. И вот она уже идет к своей двери.
В этот момент Кирилл выскочил из кустов.
- Наташа! Наташенька! Родная. Как же я тебя люблю. Не уезжай, Подожди. Не уезжай. Ты не можешь сейчас уехать.
- Кирилл? Что с тобой? Как ты оказался в этих кустах? Что происходит?
- Пожалуйста, - в глазах его появились слезы, и он схватил ее за руки, - не уезжай сейчас. Дождись меня. Пожалуйста.
- Да что происходит? Что ты такое говоришь?
В этот момент двери подъезда открылись и оттуда вышел Кирилл. Увидев, что какой-то мужик держит его жену за руки, он ринулся вниз. Оттолкнул нахала и тут их глаза встретились. Два Кирилла смотрели друг на друга. Парадокс времени. В следующую секунду оба испарились. На асфальте остался лежать лишь семейный медальон.
Андрюша вылез из машины. Обошел ее и подошел к матери. Она сидела на земле, качалась из стороны в сторону и смотрела куда-то вдаль, а в руках держала медальон, прижимая его к груди и повторяла: он испарился, он просто испарился.

Проза. Борисов Эдуард. Сложности восприятия.

Он открыл глаза как раз в тот момент, когда самолет начал заходить на посадку. Его зовут Макс. Он успешный бизнесмен. Только что вернулся из командировки в Москву, где решал важные вопросы по бизнесу. Партнеры согласились увеличить финансирование, а значит его планам суждено сбыться. Это очень радовало его.
Самолет успешно приземлился и Макс покинул салон. В аэропорту он зашел в туалет. Надо умыться и привести себя в порядок. Его должна встречать жена с детьми. Подойдя к зеркалу, он осмотрел себя. Из зеркала на него смотрел высокий блондин, с голубыми глазами, накаченный, с обворожительной улыбкой. Он умылся, и пошел на выход из аэропорта.
- Папа! Папа! – закричали дети. Мальчик и девочка. Мальчику 8 лет, девочке – 12. Они побежали к нему и обняли его с двух сторон. – Что привез нам?
- Дома разберем сумку, я вам покажу. Очень хорошие подарки.
- Урааа.
- Здравствуй, милый. А мне привез что-нибудь? – это его красавица жена – Татьяна. Казалось, Макс влюблен в нее с самого рождения. Она всегда была его идеалом женственности и красоты.
- Конечно, дорогая. Дома покажу.
Они сели в машину и поехали домой. Жили они в пригороде, в частном доме, не очень далеко от аэропорта. Дом был большой, с участком. На участке Макса радостно встречал Рекс. Дворовый пес, которого они с женой когда-то нашли совсем голодных и замерзшим. Они его выходили, с тех пор он живет с ними. У Рекса собственная комфортная будка с подогревом. Ему не холодно там даже зимой.
Рекс радостно махал хвостом. Он очень любил Макса и не любил когда тот уезжал.
Быстро поужинав и раздав подарки, жена направилась укладывать детей спать, а Макс сел в кресло и улыбался сам себе. Он обожал свою семью. Он обожал свою жизнь. Она идеальна. И это не удивительно. Ведь ее он придумал сам. В виртуальной реальности.
Макс снял шлем. Светлый, чистый дом сменился мрачной, темной квартирой, где тут и там стояли грязные тарелки, валялись разбросанные вещи. На полу была разлита какая-то жидкость, то ли вода, то ли чай. Занавески были задернуты. Макс, настоящий Макс, не очень любил свет. Он чувствовал себя комфортнее в полумраке.
Он прошел в ванную. Надо умыться. Перерыв на работе закончился. Пора снова подключаться и писать код. Макс работал программистом дистанционно. Он разрабатывал очень важную систему для Министерства Обороны. С ним в команде было еще три человека. Им запрещено было общаться на личные темы. Их чаты прослушивались, а потому они мало что знали друг о друге.
Зайдя в ванную, Макс осмотрел себя в зеркало. Эх, оттуда на него смотрел явно не высокий блондин с голубыми глазами. Максу было двадцать девять лет. Он был полным. Очень полным. Ему также приходилось носить огромные очки, без них он не видел вообще ничего. Сальные длинные волосы были собраны в хвостик. Недовольно оглядев себя, Макс пообещал себе пойти в спортзал. В две тысячи триста сорок первый раз. Он знал, что врет сам себе, но так ему было легче.
Макс сел за компьютер, ввел пароль и подключился к Министерству Обороны. Остаток дня он провел в разработке, обсуждая с коллегами футбол и политику.
После рабочего дня он был вымотан, поэтому сегодня решил больше не подключаться к виртуальной реальности. Хотя очень хотелось проведать свою жену и детей. Макс выпил молока и лег спать.
Утром он проснулся от того, что что-то щекотало его ухо. Он повернул голову и увидел Татьяну. Красавицу-жену. От неожиданности Макс подскочил с кровати.
- Что? Что ты тут делаешь?
- Бужу тебя. Тебе пора на работу вставать, милый.
- Нет, что ты вообще тут делаешь? Тебя не должно быть тут. Ты же… ты же из другого мира… - и тут Макс запнулся. Он огляделся. Сейчас он лежал в большой спальне их загородного дома.
- Макс! Ты пугаешь меня!
- Точнее нет. Что тут делаю я? Это я из другого мира. Как я тут оказался?
- Макс. Хватит. Успокойся. Ты вчера прилетел из Москвы. Раздал нам подарки, поужинал и лег спать. Попросил разбудить тебя утром. Боялся проспать.
- Не подходи ко мне! – закричал он, втискиваясь в угол комнаты.
- Ох, милый. Неужели она возвращается? - спросила Таня и сделала шаг ближе к Максу.
Он оттолкнул жену и выбежал из дома. Тут же к нему подбежал Рекс, счастливо размахивая хвостом.
- Прочь! Пошел прочь, - закричал на него Макс. Рекс удивленно застыл, и, казалось, обиделся.
Макс выбежал со двора и помчался в сторону дороги.
- Привет, Максим Валерьевич, - окликнул его какой-то мужчина с соседнего дома. – куда ты бежишь? Что-то случилось?
Макс не ответил и побежал дальше. Он выскочил на дорогу. Он не боялся. Ведь это все понарошку. Его тут собьют, и он проснется дома, в своей мрачной серой квартире. В эту секунду он услышал визг тормозов. Несшийся фольксваген не успевал остановиться перед ним полностью и Макс от удара распластался на асфальте. Было жутко больно. Особенно болели колени. «Черт. Почему я не просыпаюсь? Почему мне тут так больно?»
- Милый! Боже мой! Боже мой! Как ты? – Таня выскочила за Максом на дорогу.
- Колени болят.
- Я вижу. Пойдем. Пойдем домой. Тебе надо успокоиться. Надо взять себя в руки. Ты мог умереть. Мог испугать детей. Неужели она снова возвращается?
- Кто возвращается?
- Твоя шизофрения. У тебя уже был такой приступ несколько лет назад, когда ты рассказывал, что на самом деле ты не высокий блондин, а толстый брюнет и ты работаешь программистом на Министерство обороны.
- Но.. но это же правда.
- Ох, милый-милый. Но не переживай. У меня остался телефон Ольги Сергеевны. Она предупреждала, что стрессы, а встреча с партнерами из Москвы всегда стресс, могут обострить болезнь. Я запишу тебя на сегодня. После обеда съездим к ней. А пока отдыхай. Не ходи на работу сегодня. Все потому, что мы уменьшили дозировку. Хотели еще одного ребенка сделать. Но не переживай. Обойдемся и так. Просто вернем дозировку и все снова будет хорошо.
Макс, похрамывая, побрел домой, облокачиваясь на жену. Может быть и вправду это шизофрения, и это его настоящая внешность. Было бы классно. Не надо было бы ходить в спортзал, мелькнуло у него в голове.
Вернувшись в дом, он зашел в ванную. Осмотрел себя еще раз. Ему определенно нравится эта его внешность. Она лучше той, которую он видел в той, другой жизни. Выйдя из ванной, он наткнулся на своих детей. Сын гнался за сестрой. Опять она что-то у него сперла. Пробегая мимо отца, она выпалили: «Папа! Я люблю тебя!». «Я тоже люблю тебя», ответил ей Макс и улыбнулся. Господи. Пусть это будет шизофрения! Лишь бы это была его настоящая жизнь. Чуть увеличим дозировку лекарств и все станет на свои места.
- Макс, я дозвонилась. Через час она нас примет. Давай быстрее позавтракаем.
Через час они уже были на приеме у врача.
- Здравствуй, Макс. Очень жаль тебя видеть при таких обстоятельствах. Зачем уменьшили дозировку?
Макс смотрел в пол, не зная, что ответить.
- Это все я, Ольга Сергеевна. Несколько лет не было ни одного срыва. Я уж думала все прошло. Нам очень хотелось третьего ребеночка. А вы же знаете, что с такими лекарствами это очень сложно.
- Да, знаю, но надо было со мной проконсультироваться.
- Знаю. Простите еще раз.
- Ладно, возвращайте дозировку и вот эти таблетки еще пропейте вмести с ним. Они ускорят работу основных лекарств и через пару недель, даст Бог, Максим Валерьевич снова придет в форму. Главное, больше сами не экспериментируйте. И помните. Будет очень тяжело. Шизофрения – коварная болезнь. Она будет показывать вам облики других людей, которые, может быть, даже будут представляться врачами и будут убеждать вас, что этот вы – не настоящий. Что настоящий вы совсем другой. Сопротивляйтесь ей. Ради своей семьи. Ради своих детей.
- Да, конечно. Спасибо вам большое. Я буду стараться.
Макс с Татьяной вернулись домой. Несколько дней ему был прописан покой, потому о работе можно было не вспоминать. Это были прекрасные несколько дней. Дети утром уходили в школу, а они с женой целыми днями сидели на веранде и вспоминали молодость. Точнее жена вспоминала и рассказывала Максу. Из-за срыва Максу с трудом удавалось вспоминать свое прошлое. Оно все еще путалось между двумя мирами. Ну ничего. Скоро все вернется на свои места.
На четвертый день Макс с Таней в очередной раз сидели на веранде.
- Полетели в отпуск? В Таиланд! На море. Все вместе. Тебе как раз нужен отдых. Морской воздух тебе поможет. Отдохнешь. Придешь в себя. Проведем время вместе.
- А чего бы не полететь. Полетели, конечно. Люблю проводить время с вами.
- Правда? Отлично! Побегу смотреть билеты! Приходи ко мне!
Макс встал и с улыбкой пошел в комнату. По дороге ему стало очень плохо. Жуткая слабость. Тошнота.
- Что-то не так со мной. Какая-то жуткая слабость, - проговорил он жене, входя в комнату
- Наверное побочки от таблеток. От таких сильных таблеток всегда сильные побочки. Ольга Сергеевна предупреждала. Надо перетерпеть дней десять. Давай тогда на недельку отложим поездку.
Да. Наверное побочки, подумал Макс. И потерял сознание.
Открыв глаза, он увидел больничную палату. Он лежал под капельницами. Рядом стоял врач.
- Здравствуйте, Максим Валерьевич. Хорошо, что вы очнулись. Привези вас хотя бы на полдня позже, мы бы вас не откачали бы.
- Что со мной?
- Обезвоживание.
- Обезвоживание? Как это? Я же много пил воды.
- Да нет. Вы вообще четыре дня ее не пили.
- В смысле? Это какая-то ошибка. Позовите мою жену.
- Вашу жену?
- Да. Мою жену. Таню.
- Максим Валерьевич, вы хорошо себя чувствуете?
- Что это значит?
- У вас нет жены. Вы живете один.
- Это бред, доктор. Срочно позовите мою жену, - закричал Макс и сорвал с себя все датчики. Он попытался встать и спустить ноги на пол. Но резко замер. Что это? Это не мои руки! Это не мои руки! – Доктор. Дайте зеркало!
Доктор принес зеркало. На Макса вновь смотрел тот другой. В очках, с сальными волосами в косичку. Этого не может быть! Неужели таблетки не подействовали. Макс лег обратно в кровать. Надо поспать. Надо поспать. Сейчас он уснет и проснется снова в своем домике со своей женой детьми. Им скоро лететь в Таиланд.
Макс открыл глаза. Палата никуда не исчезла. Он осмотрел руки и понял, что он не вернулся в свой любимый дом. В этот момент в палату зашла женщина.
- Максим Валерьевич? Здравствуйте. Меня зовут Оксана Романовна. Я врач-психиатр. Расскажите, что вас беспокоит?
- Меня беспокоит? Меня беспокоит, что я лежу в больнице и разговариваю с несуществующими людьми. Ольга Сергеевна уже назначила мне таблетки. Скоро они подействуют, и я от вас уйду.
- Кто такая Ольга Сергеевна?
- Ну, видимо, ваша коллега. Она тоже психиатр. Сказала, что у меня шизофрения и я выдумал этот мир, в котором я одинокий программист.
- Понятно. Знаете как вы к нам попали?
- Нет, не знаю.
- Вы несколько дней не появлялись на работе, и ваш работодатель забил тревогу. Вызвал наряд полиции к вам. Когда они вскрыли двери, вы сидели подключенный к виртуальной реальности. Судя по всему, вы провели там несколько дней. Скажите. Вы ранее страдали лунатизмом?
- Мм.. у одинокого программиста была такая болезнь. Несколько раз он ходил во сне.
- Не он, а вы. Видимо вы подключились к виртуальной реальности во время сна. И когда мозг пришел в себя, он запутался в реальностях и сделал основной ту, в которой вы находились в момент пробуждения. Потом он окончательно запутался и заставил вас поверить, что на самом деле вы настоящий тот, кто на самом деле был в виртуальной реальности. Все это время же вы провели в кресле и чуть не умерли от обезвоживания. Если бы не ваш работодатель, вы бы умерли там наверняка.
- Нет! – закричал Макс. – Вы врете! Ольга Сергеевна предупреждала о вашем коварстве. Вы будете меня убеждать, что это я настоящий, - Макс схватил стоявшую рядом кружку и запустил ею во врача. Врач с трудом уклонилась от нее и поспешила выйти из палаты. Стоявшему рядом медбрату она сказала:
- Дайте ему успокоительное. Хорошую прям дозировку. У него очень большой вес.
Спустя неделю в больницу зашел мужчина и подошел к регистратуре.
- Здравствуйте. Майор Сергеев. К вам неделю назад должен был поступить наш сотрудник. Гончаров Максим Валерьевич. Где я могу его проведать.
- Зайдите к врачу Ливановой Оксане Романовне в двадцатый кабинет. Она его ведет.
- Да, спасибо.
Майор поднялся на второй этаж и постучал в кабинет.
- Здравствуйте. Оксана Романовна? Я майор Сергеев Артем Юрьевич. К вам неделю назад поступил наш коллега. Хотелось бы его проведать и узнать, как у него дела. Его фамилия Гончаров
- Да, знаю. Максим Валерьевич. Очень тяжелый случай. Боюсь у меня для вас плохие новости. Вряд ли он теперь когда-то выйдет на работу.
- Что с ним?
- Пойдемте, покажу. Его мозг окончательно заблудился и потерялся.
Они подошли к железной двери, в которой было лишь небольшое зарешеченное окошко. Майор посмотрел внутрь. Их сотрудник, Максим Валерьевич, сидел на кровати, сложив руки на колени и методично раскачивался. Его сальные длинные волосы были собраны в хвостик. Очков на нем не было. Не положено.
- Он не реагирует на внешние раздражители. Мы кормим его с ложечки. Через три дня планируем перевести его в специализированное заведение. Там, возможно, ему станет лучше. Но этого никто не знает наверняка.
- Да уж. Понятно. Воистину говорят, что гениальность и безумие находятся совсем рядом. Он был нашим лучшим сотрудником. Жаль.
Майор повернулся и зашагал к выходу. Придется искать нового сотрудника.
Макс открыл глаза. Сегодня очень важный день. Красавица жена Татьяна еще спала рядом.
- Тань! Вставай. Пора чемоданы собирать. А то можем опоздать на самолет. Нас ждет 10 дней отпуска в Таиланде!

Спасибо моей жене, моей музе за
вдохновение и помощь в написании рассказа.

Веронике было 27 лет. Она жила в небольшом городке на Волге. Вероника не была замужем, предпочитала строить карьеру. Ее рыжие вьющиеся волосы, голубые глаза и обворожительная улыбка сводили парней с ума, но она была осторожна в выборе. Однажды обжегшись, она не торопилась в построении личной жизни.
В этот теплый субботний день, она с подругами направилась купаться на речку. Было жарко и после окончания рабочей недели хотелось расслабиться. На речке был пирс, с которого обычно все ныряли. Так поступила и Вероника. Разбежавшись, она прыгнула головой вперед.
Когда Вероника вынырнула, она изумилась. Лил дождь. Вокруг сгущался туман. Пирс пропал, подружек тоже не было видно. Да и вокруг уже было совсем темно. 
- Эй, - закричала Вероника. - Где все? Лиза? Маша?
В ответ тишина.
Берега не было видно совсем. Вероника запаниковала. Поплыла в одну сторону, остановилась, поплыла в другую, снова остановилась. Что делать – непонятно. Она вспомнила свои уроки плавания. В критической ситуации надо лечь на спину и успокоиться, подумать. Так она и поступила.
Пролежав так пару минут, Вероника снова огляделась. В этот раз она заметила тусклый свет. Это, наверное, был маяк, догадалась девушка и поплыла в его сторону. Плыть было довольно далеко, около километра, потому она поочередно плыла то на спине, то на животе.
И вот, наконец, она почувствовала землю под ногами. Выбравшись окончательно на песок, она завалилась на спину и стала смотреть в темное небо. Где-то мелькали звезды. Из-за туч показалась Луна. Буквально спустя несколько секунд она услышала крик.
- Сюда!!! Скорее! Беги сюда!
Вероника поднялась и огляделась. Возле входа в маяк стоял какой-то молодой парень, махал ей рукой и кричал.
- Скорее сюда. Там опасно!
Что? Опасно? Это шутка? Вероника огляделась по сторонам. Только сейчас она обратила внимание, где она находится. Береговая линия небольшая, метров 10-15. По всей линии песок. А далее… Далее густой высокий темный лес, который только своим видом наводил страх. И было видно, как этот лес шевелится. Он был живой. И страшно представить было, что произойдет с человеком, который войдет в этот лес.
Тут Вероника боковым зрением заметила еще какое-то движение от леса в ее сторону. Что-то приближалось и это явно не сулило ничего хорошего.
- Беги сюда! Тут безопасно! – продолжал кричать парень.
Вероника побежала что есть сил. Нечто из леса продолжало за ней гнаться. Кроме того, такое же движение она заметила и впереди. Это были какие-то щупальца. Вероника даже на секунду представила, как они впиваются в ее ноги и утаскивают за собой в лес. Она ускорилась. До спасительного маяка оставалось всего 20 метров. Он совсем рядом. Парень продолжал держать дверь открытой, опасливо поглядывая в сторону леса. «Только не закрывай дверь! Только не закрывай дверь!» про себя повторяла Вероника. 5 метров. Звук приближающихся со всех сторон щупалец стоит в голове и слышится даже громче, чем собственное дыхание.
Вот уже дверь. Вероника вбегает в открытую дверь, парень ее захлопывает и тут же слышится, как щупальца врезается в нее.
- Они были совсем рядом, - говорит парень, - еще секунду и они тебя догнали бы.
Вероника не отвечает. Она не может отдышаться. Мысли путаются. Она сидит на полу, облокотившись об стену и смотрит на спасительную дверь. А вдруг они ее сломают?
- Не переживай. Тут ты в безопасности. Сюда они не заходят, - уловив страх Вероники говорит ей парень.
- Кто они? – наконец, произносит девушка?
- Щупальца. Я не знаю кто они и откуда берутся. Но они появляются каждый раз, когда выходишь из маяка и утаскивают тебя в лес. Не думаю, что там происходит что-то хорошее.
- Ты видел, как они кого-то утаскивают?
- Да. До тебя тут приплывала женщина. Она оказалась менее сообразительной и ее щупальца утащили.
- Что это вообще за место? Где мы?
- Я не знаю. Какая-то аномалия, может быть. Другое измерение. Я шел домой, переходил дорогу, а в следующую секунду бац, и я тут в воде. А ты как сюда попала?
- Я с подружками на речку пошла. Нырнула там, а вынырнула тут.
- Да, тебе еще повезло. Ты в воде была и в воде оказалась. А я домой шел с работы. В костюме. Так в нем и выплыл.
- Давно ты тут?
- Я не знаю. Тут нет понятия времени. Может быть неделю. А может быть год. Время тут не меняется, солнца нет. Так что дни не посчитаешь.
- Всегда этот мрак? Ужас!
- Да. Но ты привыкнешь.
В этот момент с вверху маяка раздался какой-то звук.
- Что это?
- Кто-то появился. Быстрее наверх. Надо направить на него маяк, чтобы выплыл к нам.
Незнакомец и Вероника побежали наверх. Там, на последнем этаже был выход на балкон и на балконе был огромный прожектор. Парень подошел к нему и начал им крутить в стороны, пытаясь в темноте увидеть человека.
- Не бойся, можешь спокойно выходить. Тут ты тоже в безопасности. Маяк нас тут как-то защищает от эти щупалец.
Вероника вышла и стала всматриваться в темные воды.
- Вон. Смотри. Вон в той стороне человек. Видишь?
- Вижу, - сказал парень и направил на человека прожектор.
Человек на мгновение перестал махать рукам и застыл. Видимо тоже увидел маяк. А затем целенаправленно поплыл в его сторону.
- Плывет. Хорошо. Значит есть шанс, что выберется. – вновь заговорил незнакомец. – Недавно тут появился тоже какой-то человек. Плыл-плыл, да не доплыл. Представляю сколько там под водой трупов плавает.
Вероника поморщилась. Она точно не хотела думать об этом.
- Это дедушка, - разглядел незнакомец. – Это плохо. У стариков тут меньше шансов. Они соображают плохо, а потом и бегают плохо. Пошли вниз. Встречать его.
Вероника спустилась вслед за парнем. Он открыл дверь и стал всматриваться в темный пляж. Наконец, они увидели, как дедушка выплыл на берег. В отличие от Вероники, он не повалился обессиленный на песок, а продолжал стоять на ногах, оглядывая местность.
- Сюда! Беги сюда быстрее, - закричал парень. – Там опасно.
Дед стал больше оглядываться по сторонам.
- Быстрее. Не стой на месте. Сюда. В Маяк!
Наконец, дедушка побежал. Но делал это он очень медленно. Вероника уже видела, как со стороны леса направились щупальца на перерез бегущему старику. Остается метров 40. Быстрее, дедушка, быстрее. 30 метров. Ох, он, наверное, не успеет. Быстрее. 20 метров. 10 метров. Он уже совсем рядом. Остается всего несколько метров. Незнакомец машинально делает два шага навстречу деду, чтобы быстрее подхватить его под руку, но как раз в этот момент из-за маяка появляется щупальца и хватает молодого человека. Вероника смотрит на него. Он всего в двух шагах. В его глазах читается непонимание и ужас. Как это могло произойти. В этот моменту щупальца дергается и утаскивает незнакомца за собой. Дедушка останавливается и с ужасом смотрит вслед парню. Этого мгновения хватает, чтобы щупальца добралась и до него. Щупальца роняет деда на землю и утаскивает в лес. Дед что-то кричит, но Вероника уже не слышит. Она захлопывает дверь и делает это очень во время. Раздается сразу три удара об эту дверь. Еще мгновение и она бы направилась вслед за незнакомцем со стариком.
Медленно, очень медленно она съезжает по стене, не сводя глаз с двери. В горле ком. Ей хочется кричать, но как назло, голос как будто пропал. Вероника начинает рыдать. Навзрыд. С улицы уже не доносятся звуки борьбы и крики незнакомцев. Все стихло. Вероника продолжает сидеть, боясь пошевелиться. Слезы никак не останавливаются. Чтобы как-то прийти в себя, Вероника начинает кричать и бить кулаком по полу. Звук своего голоса успокаивает ее. Она, наконец, берет в себя в руки. 
Надо смириться. Теперь она одна. Она даже не спросила, как звали парня. Уже, наверное, и не узнает никогда. Надо собраться и понять, что делать дальше. Для этого надо понять что тут есть. Вероника поднялась с пола и медленно побрела на верхний уровень. Круглая комната из камня. Пустая. Девушка вышла на балкон, где был прожектор. Стала всматриваться вдаль. Это было бесполезно. Ничего не видно. Взяла прожектор и стала с его помощью высматривать. Ничего кроме воды. Отсюда не сбежать. Не понятно даже, куда плыть. Даже периодически появляющаяся Луна не помогала. Обратную сторону с этого балкончика увидеть было сложно, так что лес остался вне поля ее зрения. Жаль, хотелось его рассмотреть лучше. Может там есть какие-то вещи, которые помогут понять где она находится и что ей делать дальше.
Девушка вернулась в комнату. Села спиной к стене и задумалась. Начала вспоминать тот день, когда она нырнула в эту чертову реку. Знать бы, даже за километр бы к ней не подошла бы. С другой стороны незнакомец вообще дорогу переходил. Да и ныряла она с этого пирса многократно ранее. Странно все это. Может эта аномалия какая-то двигающаяся? Сегодня в речке, завтра на перекрестке. А может она умерла? Нырнула и ударилась головой? Да нет. Бред какой-то. Сто раз же там ныряла. Да и ничего она не почувствовала. Ладно. Пусть будет аномалия.  
Из раздумий ее вывел голос. «Доченька. Моя бедненькая. Как же так?». Это был голос мамы. Может она в коме? В больнице. Может и так, но что ей это дает? Как прийти в себя – непонятно.
В этот момент снова раздался какой-то звук. Кто-то в воде, догадалась Вероника. Она подскочила, выбежала на балкончик и стала всматриваться. Ничего не видно. И Луны, как назло, нет. Прожектор, вспомнила она. Схватила его и стала крутить им во все стороны. Наконец, появилась Луна. Где-то вдалеке она заметила барахтающееся тело. Кажется это ребенок. И он плохо плавает. Она светила на него, но он не приближался. Он утонет, - подумала она и побежала вниз по ступенькам. Открыла настежь дверь и бросилась в воду.
- Я плыву, я плыву, - кричала она ребенку. – Я тебя вытащу. Подожди минуту.
Наконец, она доплыла до него. Ребенок уже выбился из сил. Еще несколько мгновений и он бы утонул. Он с силой схватился за ее голову и стал топить ее, пытаясь влезть на нее. Она знала о таком поведении утопающих, а потому ударила его слегка по лицу.
- Успокойся. Уже все хорошо. Я не дам тебе утонуть. Держись за мои плечи, я вытащу нас.
Ребенок успокоился, но молчал. Сил говорить у него не было. Впрочем, сейчас и не нужно было ничего говорить. Потом, как они доберутся до безопасного места, тогда и поговорят. Подплывая к берегу, Вероника замерла, а потом произнесла.
- Послушай меня внимательно. Находиться на берегу очень опасно. Мне нужно, чтобы, как только мы доберемся до берега, ты вскочил и побежал в сторону Маяка. Видишь дверь открытую? Нам нужно попасть туда. Я очень не хочу тебя пугать, но в лесу живут какие-то монстры и они могут нас съесть. Единственное безопасное место – маяк. Ты меня хорошо понял?
Мальчик кивнул.
- Замечательно. Сейчас выплываем и сразу бежим.
Наконец, Вероника, добралась до берега и почувствовав под ногами землю тут же скомандовала: «БЕГОМ!!!»
Они побежали. Она старалась бежать сзади и подгоняла ребенка. Она уже видит зашевелившийся лес и отделяющиеся щупальца. Дверь пока еще довольно далеко. Это скверно.
- Быстрее! Быстрее беги!
Мальчику было очень тяжело. Он выбился из сил еще в воде, а теперь снова бежать. Но, кажется краем глаза он тоже видел оживший лес и это придавало ему сил.
Дверь приближалась. Но приближались и щупальца. Надо ускориться.
- Быстрее! Быстрее!
И в этот момент ее нога предательски подвернулась, и она упала на песке. Она видела как ребенок добежал до двери, развернулся и смотрел в ее сторону. Вероника понимала, что теперь уже не при каких обстоятельствах ей не добраться до двери. Щупальца уже совсем рядом.
- Закрывай двери, - прокричала она. – Закрывай быстрее.
В эту секунду она почувствовала, что что-то происходит. Краем глаза она заметила как ребенок закрыл за собой дверь и в это же мгновение она… открыла глаза.
Вероника находилась в реанимации. Вокруг врачи с изумлением смотрели на нее. Рядом была мама. Увидев, как ее дочь пришла в себя, она зарыдала навзрыд:
- Дочка! Доченька! – и кинулась обнимать ее.
Но врачи отстранили мать.
- Подождите-подождите. Надо ее осмотреть. Как себя чувствуете?
Вероника посмотрела на доктора.
- Пока не понимаю.
- Вы знаете где находитесь? И почему?
- Видимо, в больнице. Но не знаю почему.
- Что последнее вы помните?
- Маяк. Ребенка.
- Какой маяк? Вы были на речке с подругами.
- А.. да. Была суббота, мы решили искупаться. Я нырнула с пирса. И все. Дальше не помню.
- Вы ударились головой и впали в кому.
- Понятно.
- Посмотрите за пальцами. Так. Хорошо. Еще раз. Вас не тошнит? Голова не кружится? Хорошо. Отдыхайте. Мама, у вас две минуты и потом дайте дочери отдохнуть. Ей очень нужен отдых.
Мама села на кровать, все еще в слезах и взяла дочь за руку.
- Господи, мы уже попрощались с тобой. Врачи сказали, что твой мозг не работал и нет шансов на твое возвращение. Мы отключили тебя от аппарата, поддерживающего твою жизнь. Я уже попрощалась с тобой.
- Я тут, мама, все хорошо. Теперь будет все хорошо.
Мама еще раз обняла Веронику и ушла.
«Хорошо. Наверное, это все был сон. Я была в коме и мне все снилось». Вероника выдохнула. «Хорошо. Значит нет никакого мальчика, который один остался на Маяке. Это очень хорошо», не успев додумать мысль, Вероника провалилась в сон.
Ее продержали в реанимации еще пару дней. Чувствовала она себя все лучше и лучше. И вот, наконец, ее решили переводить в обычную палату. За ней приехала медсестра с креслом-каталкой. Вероника перебралась с кровати в кресло и медсестра повезла ее к выходу. В реанимации были пару человек после операций. Они стонали, кряхтели, шевелили ногами и руками. И еще был один ребенок, который лежал совсем тихо. Проезжая мимо него, Веронику словно ударило током. Это же он! Это он! Ребенок из Маяка! Вероника замахала руками.
- Подождите. Подождите. Я знаю этого мальчика. Что с ним?
- Он в коме. Он упал с лошади на соревнованиях. – сказал подошедший к ней доктор. – Мы делаем все возможное, чтобы помочь ему.
Веронику увезли и поместили в палату. Кроме нее там была еще одна женщина. Отравилась чем-то. Ее уже скоро выписывали. Вероника не могла отогнать от себя мысль, что все происходящее на Маяке было правдой. Это ужасно. Значит ребенок там совсем один. Ему ужасно страшно.
В палату зашла медсестра и поставила капельницу. А затем сделала укол, и Вероника провалилась в сон.
Утром она подскочила. Надо идти в реанимацию. Надо идти к ребенку. Надо как-то ему помочь. Вероника попыталась встать, но сил еще было недостаточно. Она не могла дойти до реанимации. Тогда она вызвала медсестру и попросила привезти ей инвалидное кресло. Перебравшись в него, она устремилась к лифту. Возле него стояла какая-то женщина, врач наверное.
- Как мне доехать до реанимации?
Женщина недоуменно посмотрела на нее, но ответила:
- На нулевой этаж езжайте.
- Спасибо.
Вероника вызвала лифт и поехала на нулевой этаж. Выйди в коридор, она увидела, что он упирается в дверь с надписью «Реанимация». Вероника подъехала и постучала. Дверь открыл врач.
- Ого. Не думал, что увижу тебя так скоро. Что ты тут делаешь?
- Я к мальчику.
- Ну вообще у нас только родственники могут посещать реанимацию, но ты наша звезда. Хорошо так ты перепугала наших медсестер. Все думали, что ты умерла, а ты подскочила, как ужаленная. Ладно, заходи.
Вероника заехала в помещение и подъехала к ребенку. Она смотрела на его спокойное лицо и вспоминала как он барахтался в воде, а потом бежал от щупалец к маяку. Сейчас, наверное, он там один сидит. Не знает что делать. Плачет, наверное.
- Как его зовут?
- Ты же сказала, что знаешь его.
- Знаю его, но не помню как зовут. Я же головой ударилась. Для меня это нормально.
- Его зовут Саша.
Вероника еще несколько мгновений провела рядом с ним, а потом поехала к врачу.
- Наверное мой вопрос вам покажется странным. Скажите, у вас тут никто не умирал совсем недавно?
- У нас тут часто люди умирают. Это же больница.
- Знаю, но вот прям совсем недавно. В коме. Никто не умирал?
- Было дело. Двое.
-  Молодой парень и старик?
- А вы откуда знаете? Да. Молодой парень и старик. Одновременно умерли. Мы пытались обоих реанимировать, но не смогли. Парня машина сбила, а старик просто старый был. Заболел чем-то.
- Ясно. Спасибо. Можно я еще завтра приду?
- Да, приходи.
Вероника вернулась в палату. Ей предстояло обдумать все эти новости и понять, что можно сделать, чтобы помочь ребенку.
Итак, получается, что она вернулась потому, что ее отключили от аппарата поддержания жизни. Но не все возвращаются. А она вернулась. Почему? Может быть потому, что она была за пределами Маяка? А если отключить от аппарата, когда человек в Маяке, то он умрет? Да. Такое возможно. Надо значит как-то выманить ребенка из Маяка. Но как? Тут Вероника, вспомнила, как слышала голос мамы. Почему она его слышала? А голоса врачей не слышала? Наверняка, мама держала меня за руку. Наверное благодаря этой связи можно докричаться до человека в коме.
Каков план? Завтра утром я приду, возьму его за руку и расскажу что ему делать. Далее отключу аппарат и все. Он жив. Все просто. А вдруг все не так и я убью его?
Вечером пришла мама. Снова долго плакала и рассказывала, как она боялась и молилась. Приходили подружки. Тоже плакали. Они перепугались сильно тогда. Так во встречах и слезах прошел весь день. На следующее утро, после завтра, Вероника снова попросила коляску и отправилась в реанимацию.
- А, это снова ты. Заходи.
Врач не подозревал что задумала Вероника.
- Как Саша?
- Без изменений.
- Как вообще прогнозы?
- Никаких прогнозов. Медицина тут уже бессильна. Остается только ждать. И непонятно сколько. Может день. Может год. Может двадцать лет.
- Ясно.
Вероника подъехала к ребенку. Взяла его за руку.
- Привет, Саша. Я не знаю, слышишь ты меня или нет? Меня зовут Вероника. Я тебя вытащила из воды и направила к Маяку. Помнишь?
Она чуть-чуть подождала, а потом продолжила.
- Ты упал с лошади и впал в кому. Сейчас ты лежишь в больнице. Я тоже там лежала. Тоже в коме. Потому мы с тобой встретились возле маяка. Сейчас я уже проснулась и у меня все хорошо. Я хочу попробовать и тебя разбудить. Но мне нужно, чтобы ты в точности делал все, что я тебе скажу. Тебе будет страшно. Очень страшно. Но если ты испугаешься – ничего не получится. Делай все так, как я говорю. Доверься мне. Хорошо? Сейчас подойди к входной двери и стой возле нее. Когда я тебе скажу, тебе нужно будет выйти из двери наружу на пару шагов и стоять там несколько секунд. Если за 10 секунд ничего не случится – забегай обратно в Маяк. Хорошо?
Вероника огляделась. Рядом не было никого. Все врачи и медсестры были в ординаторской за стеклом. Они их видят, но не слышат. Они довольно далеко, чтобы помешать и рядом, чтобы в случае проблем стабилизировать состояние ребенка. Хорошо.
- Саша. Надеюсь, ты уже у двери? Давай я до считаю до 10 и после этого ты откроешь двери и выйдешь наружу. Десять. Девять. Восемь. -Сердце Вероники бешено стучало. - Семь. Шесть. Пять. Четыре. - Она понимала, что в случае провала ее могут обвинить в убийстве ребенка. Но она верила в свои рассуждения. - Три. Два. Один. Выходи.
Вероника досчитала еще до трех, потянулась рукой и нажала кнопку. Звук, отбивающий ритм сердца прекратился. Сначала загалдели врачи. Засуетились. Первым бежал врач. Его глаза были широко раскрыты. В них читался ужас. Видимо, он начал осознавать, что Вероника своими руками отключила ребенка от аппарата, поддерживающего в нем жизнь. Его за это не то, что уволят. Его за это посадят. Как он мог довериться этой сумасшедшей? Он уже хотел схватить ее и оттолкнуть от ребенка, но в последний момент он замер. На него смотрел Саша и моргал глазами. Этого не может быть!
- Привет, Саша. Это я, Вероника, - сказала девушка улыбаясь.
- Спасибо, что спасла меня, - сказал ребенок и улыбнулся.

Игорь возвращался домой с университета. Сегодня был удачный день: он не встретил институтских гопников с параллельных групп, а значит обошелся без очередной порции унижений. А вечером… вечером должно произойти главное событие его жизни.
- Здравствуйте, баба Таня. Давайте я помогу донести вам сумку, - сказал Игорь, обращаясь к бабульке лет 80, которая с трудом держала сумку в левой руке. Правая была занята тростью.
- Привет, Игорешик. Вот спасибо тебе, - ответила баба Таня, передавая сумку Игорю. - Какой ты уже большой стал. Настоящий жених. Когда же уже женишься?
- Как только, так сразу, - сказал Игорь, явно о чем-то задумавшись. Потом улыбнулся и сказал: - может быть совсем скоро.
- Это хорошо, внучек. Это правильно. Да только сложно это сделать с твоей матерью, наверное. Слышала, вчера у нее был очередной срыв. Так кричала. Так кричала, - сказала баба Таня. 
- Да. Весной у нее обострение, сами знаете ж. Чуть-чуть подождать и она опять будет в норме, - сказал Игорь, нахмурившись. Было видно, этот разговор уже перестает приносить ему удовольствие.
- Отдал бы ты ее в лечебницу, Игорешик. И ей там было бы лучше, и тебе бы проще жить стало, - не унималась баба Таня.
Игорь понимал, что бабе Тане плевать и на него, и на его мать. Единственное, что ею двигало - убрать подальше со своих глаз больного человека, чтобы не мешала ей спать по ночам. 
- Нет, баб Тань, не отдаем ее. Знаю я эти лечебницы. Там издеваться будут над ней. Бить. Не могу. Это ж моя мать!
- Как знаешь, внучек, как знаешь - явно расстроившись сказала баба Таня. 
Остальной путь они прошли в тишине. Перед ее подъездом, Игорь вручил соседке пакет и, облегченно вздохнув, направился домой.
Дома был бардак. Мама несла в квартиру все, что могла утащить с улицы. Какие-то коробки, грязные книги, которые кто-то выкинул, а она никогда их не откроет, инструменты, детали от каких-то устройств, журналы, газеты. Даже скворечник зачем-то принесла. Игорь, конечно, пытался поговорить с мамой, чтобы она перестала это делать, но это было бесполезно. Единственное, чего он смог от нее добиться - оставлять вещи в ее комнате или прихожей и не складывать их у него в комнате. 
- Привет, мам. Как ты?
- Привет сынок. Хорошо все. Смотри, что я сегодня нашла! - сказала мама, указывая на старую шину от какого-то автомобиля.
- Круто, - сказал Игорь, - полезная штука в хозяйстве. Ты молодец!
- Точно, - ответила мама и заулыбалась. Ей нравилось, когда ее хвалили. 
Этот мусор давно перестал напрягать Игоря. Бог с ним. Главное, что мама рядом и она довольна. Большего ему и не хотелось. 
Он прошмыгнул в ванную, помыть руки после улицы, и мимоходом глянул в зеркало. Игорь выглядел моложе своих двадцати двух лет. Он был небольшого роста и совсем худой. 50 килограмм. Не удивительно, что его шпыняли даже первокурсники. Уже который год он собирался пойти в спортзал и даже несколько раз купил себе абонемент. А один раз даже пришел туда. Но увидел, что у других участников руки толще, чем он сам и желание сразу улетучилось. Будут еще смеяться над ним. Больше всего на свете он не любил, когда над ним смеются. Это безумно расстраивало его. 
Рос Игорь в трудной семье. Родители пили сколько он себя помнил. Всегда. И отец, и мать. Отец, когда напивался, начинал устраивать скандалы. Придирался сначала к матери, а потом, когда Игорь за нее заступался, начинал придираться и к нему. И чем он старше становился, тем ему сильнее доставалось от отца. Иногда бил, иногда словом обижал так, что лучше бы бил. Игорь ненавидел себя за то, что боится дать отцу сдачи. За то, что ничего не может сделать.
Когда отец умер от некачественного алкоголя, Игорю было невероятно стыдно, что он не испытывает ничего, кроме радости. За это он ненавидел себя еще больше. Мать тогда пила вместе с отцом, но выжила, хоть и провела какое-то время в больнице. С тех пор у нее и начались проблемы с головой. Она была, как говорится, тихим алкоголиком. Особых проблем не доставляла. Пила у себя в комнате и ложилась спать. Проблемы были, только когда она забывала пить таблетки. Тогда она становилась агрессивной и слишком подвижной. Выходила на улицу и бродила там в поисках новых вещей для квартиры, ругалась с соседями, кричала на прохожих. А с бомжами у нее была настоящая война. Те не планировали отдавать ей свой хлам, который она присмотрела для дома. 
Надо ли говорить, что у Игоря не было друзей. Только Аня. Соседская девочка. Она была на два года младше. Ее родители тоже были алкоголиками и часто заседали вместе с родителями Игоря. Так они и познакомились. Ее родители тоже умерли. Попали в автокатастрофу на автомобиле. Отец сел пьяным за руль. Хорошо, что Аня тогда была в школе. У нее осталась только бабушка, и она Аню и воспитывала. 
Аня иногда приходила к Игорю по старой памяти. Особенно когда оба выросли. Ведь у них оказались общие интересы. Оба занимались программированием. Игорь вообще хорошо учился и в школе, и в институте. Он понимал, что в этой жизни он может рассчитывать только на себя. Потому много свободного времени уделял и учебе, и программированию. Он и в МГУ поступил сам. На физмат. На самую востребованную специальность, где самый большой конкурс. 
В редкие дни, когда Аня приходила к нему, он рассказывал о своей мечте. Устроиться работать в Гугл или в Майкрософт, забрать мать и переехать в США. Там, ему казалось, таких как он очень много. И у него обязательно появятся друзья, с которыми он будет на одной волне. 
В последние пару лет они стали видеться значительно чаще. Она также поступила на программирование и у них появились общие интересы. Они часто обсуждали новости и спорили о языках программирования. Игорь не чувствовал в ней равного, а потому относился снисходительно. Типа, не женское это дело - программировать, но если сильно хочешь, я могу тебе немного помочь советом.
Игорь еще раз осмотрел себя в зеркало. Сегодня очень важный день. Сегодня все изменится. 
Вечером он добрался на троллейбусе до любимой кафешки. Зашел внутрь. Аня уже сидела за их столиком. Сегодня она была прекрасна как никогда. Она надела синее платье, волосы были распущены. Улыбка не сходила с ее лица. Игорь никогда не видел ее такой. Обычно она была в джинсах, косухе и в ботинках на высокой платформе. Сегодня совсем другая. “Неужели она догадалась? Тем лучше”, - подумал он и улыбнулся в ответ.
Сел за столик, заказал себе поесть, дождался пока она сама сделает заказ и сказал:
- Дай мне две минутки, - и направился в туалет. Пиджак, галстук, туалетная вода. Все отлично. Он залез в карман и достал коробочку. Открыл ее, проверил. Кольцо на месте. Отлично.
Выйдя из туалета, он подошел к Ане и тут же опустился на правое колено. 
- Аня. Я столько раз представлял себе эту картину и никогда не думал, что буду так сильно волноваться. Я люблю тебя больше жизни и хочу чтобы ты стала моей женой. 
Аня поперхнулась
- Игорь. Ты с ума сошел? Какой замуж? Мы же с тобой сотню раз общались по этому поводу. Мы с тобой просто друзья. Я, дура, подумала, что ты прошел собеседование в Гугл и позвал меня похвастаться. Даже приоделась для такого случая! А тут. Я думала этот вопрос навсегда закрыт.
Игорь продолжал стоять на колене с раскрытым ртом. Вот он дурак. Как он мог подумать, что она влюблена в него и готова стать ему женой. 
Краем глаза он заметил, как за соседним столиком два парня заулыбались и один достал телефон и начал снимать все это происходящее на видео. Отлично. Завтра полгорода будет хохотать над ним. Какое же унижение. И все это от самого дорогого человека в его жизни. Дурак. Какой же дурак. 
- За ужин сама заплатишь, - зло буркнул он, захлопнул коробочку с кольцом и побежал к выходу. Надо же так унизить себя перед всеми.
Игорь выскочил из кафе и быстрым шагом помчал к дому, обдумывая на ходу где же он мог так ошибиться. Почему вдруг решил, что в этот-то раз он достоин чьей-то любви. 
Пройдя мимо очередного дома он обратил внимание, как из-за одного из дворов вышли двое молодых парней и направились за ним. До дома было пара кварталов. Наверное просто парни вышли в магазин. Но все-таки надо чуть ускориться. Парни ускорились следом. Стало понятно, они по его душу. Только этого еще не хватало для полной картины. Мало того, что так унизила его Аня при посторонних, так еще и эти чего-то хотят.
Впереди он увидел еще одного парня спортивной формы. Он глядел прямо в глаза Игорю. Это засада. Единственный шанс - заскочить в подворотню и попытаться уйти дворами. Он так делал много раз. До дома осталось всего несколько сотен метров. Завернув в темный проулок Игорь сразу понял, что допустил ошибку. Там ждал четвертый гопник. Они часто так загоняют с двух сторон свои жертвы в такие подворотни и там уже спокойно с ними разбираются. 
Игорь остановился. Сзади тут же появились трое. Все верно. Загнали как пса в угол. 
- Сигаретки не найдется? - это заговорил тот, что дожидался в подворотне. Он был самый крупный из них. Сразу понятно, что главарь в их банде.
- Я не курю, - ответил Игорь.
- Очень жаль. Тогда дай денег на сигареты. Вон какой приодетый. У таких всегда много денег.
- Пацаны. Может не надо? Может давайте разойдемся по хорошему,
- А то что? 
Игорь не ответил. Ему нечем было ответить. Первый удар он пропустил сзади. Прямо по лицу. Будет хороший фингал. Тут же еще один сзади ударил по спине ногой. Игорь пролетел несколько метров и наткнулся на кулак того, кто стоял впереди. Он почувствовал как из носа потекла кровь. Да. Логичное завершение такого дня. Ничем другим он закончиться не мог. Когда Игорь подумал, что хуже уже не будет, он вдруг услышал звук расстегивающейся ширинки у впереди стоящего амбала. 
- Сейчас я тебе кое-что дам, а ты будешь с ним очень ласков и нежен. Ты меня понял?
- Пацаны. Не надо. Пожалуйста. Не надо, - чуть не плача начал причитать Игорь. - умоляю вас.
- Не ной. Мы никому не расскажем.
В этот момент в подворотню зашел мужчина лет 30-35. 
- Что тут за херня творится? - быстро оценив ситуацию, спросил он.
- Они, они хотят меня… - срываясь на плач начал говорить Игорь, но не успел закончить мысль. 
Мужчина схватил какую-то палку и ринулся на четверых гопников. Одному он сразу заехал с ноги в живот, тот отлетел на несколько метров, а потом подлетел к самому здоровому с еще открытой ширинкой и въехал сначала ногой прямо в пах, и когда он согнулся, добавил ему палкой по спине. Здоровяк грохнулся на асфальт не издав ни звука. Один из двоих оставшихся тут уже убежал, а последний затараторил:
- Мужик! Мужик! Все. Все. Успокойся. Мы уже уходим. 
- Я считаю до трех! Если после счета три вы еще будете здесь, сами виноваты. 
Первый, которому досталось ногой в живот подскочил и они вдвоем подхватили здоровяка и потащили прочь из подворотни. 
- Еще раз здесь увижу, живыми отсюда не уйдете, - крикнул им вслед мужик и повернулся к Игорю. - Ты как там? Встать можешь?
- Да, спасибо Вам большое. Вы просто спасли меня. 
- Да. Пожалуйста. До дома доберешься сам?
- Да, мне тут недалеко. Спасибо, - все еще пуская сопливые пузыри из-за слез, промямлил Игорь.
- Как тебя зовут?
- Игорь. 
- А я Гена. Очень приятно, Игорь. Ну бывай. Мне пора.
Игорь без приключений добрался до дома. В эту ночь он спал как убитый. От такого счастливого спасения он даже забыл ненадолго про унижение в кафе. 
На следующий день ему вновь предстояло ехать в университет. Ночной спаситель уже немного подзабылся и все произошедшее больше воспринималось как сон. Как будто этого всего не было. Ни унижения от Ани, ни унижения в подворотни. 
- Эй, Игорь. Это ты? - знакомый голос вывел его из собственных мыслей. На остановке стояла красное БМВ и в окно выглядывал он - ночной спаситель. - залазь, довезу.
Игорь не задумываясь прыгнул на переднее сиденье. Никогда не сидел в такой крутой машине. 
- Да я выезжаю со двора и смотрю: ты, не ты? Темно вчера было. Не очень хорошо запомнил. Но на всякий случай решил спросить. А это и впрямь ты.
- Да, я. Еще раз хочу поблагодарить Вас, Геннадий. Спасибо большое. 
- Да забей. Дела житейские. Я уверен, ты поступил бы на моем месте также.
Игорь в этом не был уверен, больше того, он был уверен в обратном, но промолчал и ничего не ответил. 
- Куда едешь-то?
- В МГУ. 
- Учишься там? Молодец. На кого?
- На программиста. 
- Хорошая профессия. Сайты умеешь делать? - останавливаясь на светофоре спросил Геннадий
- Да, легко.
- Отлично. Может быть ты мне понадобишься. Ты вообще не опаздываешь? Мне тут надо заехать по делам.
- Если честно очень опаздываю. У нас сегодня препод злобный. Из-за него могут отчислить. 
- Понял, тогда поехали, - сказал Геннадий и нажал педаль газа в пол.
Через пару кварталов за ними нарисовалась полиция. 
- Водитель автомобиля БМВ, госномер А111АА, прижмитесь к обочине и остановитесь. Водитель автомобиля БМВ, госномер А111АА, прижмитесь к обочине и остановитесь.
- Черт, теперь из-за меня у тебя будут проблемы, - расстроился Игорь.
- Не парься. Ща порешаем.
Геннадий прижался к обочине и остановился. К машине подошел полицейский.
- Нарушаете? Вы превысили скорость на 50 км в час. Вы в курсе что за такое полагается конфискация прав. Предъявите ваши документы.
- Да, сейчас.
Геннадий залез в карман рубашки и достал какую-то бумажку, по виду похожую на визитку. 
- Пожалуйста. 
Сотрудник ДПС взял ее, посмотрел внимательно. Затем зачем-то поднял и посмотрел через нее на Солнце. 
- Все впорядке, Геннадий Владимирович. Можете ехать. 
Игорь не мог поверить своим глазам. Он такое видел впервые. 
- Товарищ лейтенант, - неожиданно, обратился к ДПСнику Геннадий Владимирович, - понимаете. Мой друг опаздывает на занятия в МГУ. Не могли бы вы нас сопроводить? А то, боюсь, что мы долго ехать будем, если придется на каждом перекрестке останавливаться.
Игорь еще больше открыл рот.
- Да, конечно, Геннадий Владимирович. Следуйте за нами.
- Ну вот и прекрасно, сейчас с ветерком долетим, - сказал Геннадий, когда сотрудник ДПС ушел. Успеем на пары.
- Я не понимаю, что происходит. Что это за документ такой? Кто Вы вообще? 
- А.. На, оставь себе. Может пригодится, - сказал Геннадий и передал бумажку Игорю.
Это была визитка. Но что странно - на очень тонкой бумаге. Обычно визитки делают на более плотных. На визитке было написано: “+7 (999) 999-99-98 Емельянов Геннадий Владимирович”. И все. Ни компании, ни должности. Ничего. 
- Все равно не понимаю. Что это?
- Конечно не понимаешь. Ты и не должен понимать. Номерная серия +7 (999) 999-ХХ-ХХ - это ВИП серия. Ты не купишь ее в магазине ни за какие деньги. Даже олигархи всякие не могут себе это позволить. 
- Так такие визитки может кто угодно напечатать и ходить с ними. 
- Не может. Посмотри на Солнце. Видишь водяной знак? Их печатают в том же месте, где государство печатает бумажные деньги. У них такой же сильный уровень защиты. Если полиция тебя увидит с такой визиткой, но без такой защиты - будешь сидеть 5 лет за подделку документов. 
Впереди маячила машина ДПС, мигалками очищая им дорогу, а рядом сидел какой-то тип, который одной визиткой не только получил право превышать скорость в городе на 50км/ч, но и решать как и что делать ДПСникам. “Как будто в сказку попал”, думал Игорь. 
До МГУ домчали за 15 минут. Еще оставалось 10 минут в запасе. 
- Позвони мне по этому номеру вечером, - сказал Геннадий, когда Игорь открыл входную дверь возле МГУ. - есть предложение.
- Да, конечно, позвоню.
Игорь вышел из машины и с высоко поднятой головой направился ко входу в здание. Он боковым зрением видел, как на него смотрела одногруппница, торопящаяся в универ и пара студентов курсом младше. Никогда Игорь не чувствовал себя таким значимым. ДПСники развернулись и поехали в обратную сторону, а красное БВМ, посигналив пару раз, умчало в другом направлении. Вот это да. 
Весь день Игорь ерзал на парах, следя за минутной стрелкой. Скорее бы вечер и позвонить Геннадию. Он буквально в секунду стал его кумиром. Игорь никогда не думал, такие люди бывают. С одной стороны он некий небожитель, который способен мановением руки решить 99 процентов проблем, с которыми Игорь, наверное, не справится никогда. А с другой стороны он такой же простой человек, способный в подворотне один броситься на четверых, защищая незнакомого ему юнца. 
Наконец, вечер наступил и Игорь взял телефон потными ладошками. Он так не волновался, когда в первый раз звонил Ане. Он, как будто, звонил в другую жизнь. 
- Алло? Геннадий? 
- Да, Игорь. Привет, - голос Геннадия звучал как всегда звонко и бодро. 
- Здравствуйте, - несмотря на сердце, выскакивающее из груди, как можно спокойнее старался говорить Игорь.
- Что ты сейчас делаешь? 
- Да ничего особого. 
- Я сейчас заеду за тобой. Надо обсудить одно дело.
- Да, конечно. Я жду..  
Через двадцать минут Игорь с балкона увидел, как во двор въехала красная БМВ. 
- Мам, пойду по делам. Не знаю когда вернусь. Если что, звони.
- Не ходи никуда, - неожиданно сказала мама.
- В смысле? 
- Не ходи. Останься дома.
- Я не могу, я обещал. - сказал все еще изумленный Игорь. Ранее мама так никогда не реагировала.
- Тогда убирайся отсюда и не возвращайся никогда,  - вдруг закричала она. - Пошел вон.
И в Игоря полетела стопка газет. Очередное обострение. Как не вовремя. Игорь быстро оделся, обулся и помчал пешком на улицу. Выйдя на улицу, он услышал как мама продолжает кричать: Убирайся! Убирайся и никогда не возвращайся. Ты мне больше не сын! С балкона летели газеты, книги, журналы. Самое ужасное в этой ситуации то, что Геннадий вышел из машины и смотрел вверх, как его мать кричит ругательства и разбрасывает книги. Как же это все не вовремя, подумал Игорь. И что вообще она делает на его балконе. Она никогда не заходила в его комнату. Он быстро пробежал под падающими журналами и прыгнул на переднее сидение.
- Мама?
- Да, - неохотно ответил Игорь. 
- Болеет? - так же учтиво спросил Геннадий, сдавая задним ходом.
- Да, как отец умер, семь лет назад, так и более. Не всегда. Периодически бывают обострения. Вот как сегодня.
- Очень жаль. Мама это святое. Маму надо любить любой.
- Да, знаю. Люблю. 
- Это ты молодец,  - одобряюще сказал Геннадий и выехал на улицу. - В общем смотри какое дело. У нас есть свой тренажерный зал. Там наши пацаны качаются. Но мы решили расширяться. Хотим, чтобы он приносил прибыль. Сейчас мы туда съездим, ты все посмотришь, а потом подумаешь пару дней и я жду от тебя бизнес-план. Сколько нужно денег с меня, чтобы ты сделал сайт, пустил туда рекламу. И так далее, и тому подобное. Ну и сколько я тебя буду должен за сайт. Ок?
- Да, без проблем. С удовольствием. 
Они проехали несколько кварталов и остановились перед Москва-Сити.
- У вас спортзал в Москва-Сити?
- Да, пацанам должно быть удобно добираться. Но в последнее время цены подросли немного, потому хотим чтобы хотя бы часть денег отбивалась на клиентах.
- Я понял. Да. Хорошо. 
Они зашли в Москва-Сити и подошли к лифту. Геннадий нажал на 13 этаж. Выйди из лифта, Игорь увидел небольшое помещение, где сидела девушка за столом и была одна входная дверь. На ней значилось ООО “Святовит”. 
- Привет, Оль. 
- Здравствуйте, Геннадий Владимирович. Вам как всегда?
- Да, Оленька. Спасибо. 
Ольга нажала на кнопочку и произнесла: “Геннадий Владимирович пришел”. Дверь тут же открылась. “Вот это уровень безопасности”, восхитился Игорь. И все ради спортзала? За дверью был целый этаж, принадлежащий ООО “Святовит”. Не удивительно, что владельцы решили немного сэкономить и пустить в спортивный зал клиентов. Это стоит, наверное, целое состояние.
- Привет, - сказал Геннадий Владимирович какому-то парню, вышедшему к ним. - Знакомься. Это Игорь. Он будет делать сайт нашему спортзалу. Обменяйтесь телефонами. Ты будешь ему помогать, вводить в курс дела, рассказывать про зал, и вообще на любые вопросы, которые будут интересовать Игоря.
- Понял, Геннадий Владимирович. Без проблем, - ответил тот и повернулся к Игорю, протягивая огромную ладонь, - привет, я Валентин. 
- Привет, - ответил Игорь и пожал ладонь. Она была с его голову, кажется. 
- Пошли, покажу все, что у нас есть. 
Геннадий Владимирович согласно кивнул головой и ушел куда-то по своим делам. Игорь же направился с Валентином рассматривать спортзал. Он был огромный. Там были тренажеры такие, которых Игорь, кажется, раньше вообще не видел. Было понятно, что зал формировали не для бизнеса, а делали для себя. Денег не жалели. 
Игорь рассмотрел зал, познакомился с тренажерами, с ребятами, которые там занимались и прошел в кабинет к Геннадию Владимировичу. Кабинет был полон фотографий, на который Геннадий соседствовал с известными личностями. Вот Игорь узнал Президента России. Вот с премьер-министром и разными депутатами, а тут фотографии, где он с президентами других стран. Вот Президент США, Китая, Турции. Многих он даже не узнавал. Офигеть. Кто же он?
- Геннадий Владимирович, - начал тихим голосом Игорь, - я все посмотрел, все узнал. Телефонами обменялся с Валентином. Поеду домой. Мне надо несколько дней подготовить Вам коммерческое предложение. Как буду готов, я наберу Вас?
- Да, Игорь. Давай через недельку созвонимся. Я сейчас должен уехать на важное мероприятие. Через неделю должен быть тут. Звони мне.
Игорь вернулся домой, когда его мама уже спала. На улице так и остались валяться разбросанные бумаги. Утром мама сделала вид, что ничего не помнит и они больше не возвращались к теме того неожиданного приступа.

Игорь всю неделю готовился к встрече. Изучил сайты всех конкурентов, изучил их технологии, и модули, используемые на сайте. В итоге составил коммерческое предложение. Параллельно с этой подготовкой он продолжал ходить в институт. Это был особенный стресс. Там-то местные гопники еще не знали, что его друзья - небожители, а потому каждый раз встречали и провожали его пинками и смешками. Особенно они постарались в последний день. Точнее, предчувствуя близкую встречу с Геннадием, Игорь не выдержал очередных оскорблений и что-то рявкнул в ответ про одного из гопников. Это было неожиданно даже для него самого. В итоге, вместо того, чтоб отделаться очередным безобидным пинком, он получил несколько назидательных ударов по лицу. Чтобы в следующий раз был умнее и не нарывался. 
На следующий день, как и договаривались, Игорь позвонил Геннадию.
- Геннадий Владимирович? Здравствуйте.
- Привет, Игорь. Как дела?
- Дела отлично. Подготовил коммерческое предложение.
- Отлично. Тогда приезжай сегодня в зал. Я там буду в 19-00. Покажешь и расскажешь.
- Да, я буду.
Вечером в 18-58 Игорь уже стоял возле лифта в Москва-Сити. Нажал 13 этаж. Дверь открылась. Обворожительная Оля приветствовала его улыбкой.
- Геннадий Владимирович еще не приехал. Скоро будет. Можешь подождать его тут. 
В углу Игорь увидел кресло и направился туда. Буквально через несколько минут дверь открылась и из лифта вышел Геннадий с неизменной улыбкой на лице.
- Олечка. Привет. Все хорошо?
- Да, Геннадий Владимирович. Вас ожидает Игорь, - ответила Ольга.
- Спасибо, вижу. Игорь. Пойдем.
Игорь подскочил и направился вслед за Геннадием. 
- У тебя есть 10 минут на презентацию. - сказал, Геннадий Игорю. -  Олечка, собери всех у меня. Пусть послушают.
Через две минуты все собрались в кабинете Геннадия и слушали, как Игорь рассказывает о сайтах конкурентах, и о том, что он предлагает им. О его конкурентных преимуществах и почему заказать сайт у него будет отличным решением для ООО “Святовит”.  Геннадий все выслушал, почитал предложение, посмотрел смету и сказал.
- Валентин, переведи Игорю половину суммы, которую он указал в смете. Игорь, можешь завтра приступать. Олечка, пропускай Игоря на территорию зала, пожалуйста. Это теперь новый член нашей команды. Можете поприветствовать его.
Игорь слушал и не мог поверить своим ушам. Так просто? Геннадий, кажется, даже не посмотрел на конечную цену. Как будто ему все равно было сколько он там написал. Игорь растерянно смотрел, как огромные качки хлопают ему в ладоши, дают ему пять  и вообще радуются, словно он их близкий родственник. 
- Ладно, Игорь. Пойдем. У нас с тобой сегодня есть еще одно дело. 
Игорь засеменил за Геннадием, прижимая к себе рюкзак с подготовленными документами. Он до сих пор не мог поверить, что вот так легко получил эту работу и теперь сможет не только делать большое дело, но и хорошо на этом заработать. 
- У меня для тебя сюрприз, - сказал Геннадий и подмигнул Игорю. 
Игорь заволновался. Они вышли из Москва-Сити и поехали за город. Был уже вечер и он не хотел никаких сюрпризов. Он их вообще не любил. Сюрпризы обычно у него были со знаком минус. Потому Игорь всю дорогу настороженно молчал.
- Откуда фингал, - первым заговорил Геннадий.
- Да двое утырков с института вчера наехали.
- Помощь нужна? 
- Да нет, - соврал Игорь. Не мог же он так внаглую просить, чтобы тот заехал к ним в университет и разобрался вместо него. 
- Ты это, может походишь в наш спортзал. Можешь бесплатно. Парни тебе подскажут как подкачаться. Полезным будет.
- Правда? Я с удовольствием похожу, - еще больше обрадовался Игорь. 
- Ну и отлично. Прям завтра можешь начать. Я предупрежу парней.
Так, за разговорами, они подъехали к какому-то незаметному повороту на трассе. Никаких указателей не было. Свернув с трассы, они поехали по проселочной дороге, которая, надо признать, была в отличном состоянии. Дорога заканчивалась огромным забором, также без всяких опознавательных знаков. Геннадий Владимирович остановился перед воротами, которые буквально через секунду начали открываться. Первое, что бросилось Игорю в глаза - вооруженная охрана, собаки. И даже вышки по периметру. Какой-то важный особо охраняемый объект.
Геннадий Владимирович проехал вглубь и остановился возле здания. 
- Это частная неврологическая клиника для вип-персон. Сюда невозможно попасть за деньги постороннему человеку. Здесь работают лучшие врачи и самые обходительный персонал. Ты пока ничего не решай, пообщайся с главным врачом. Он задаст тебе несколько вопросов о твоей матери и предложит ей лучшее лечение. Если ты согласишься, она здесь получит лучшее лечение и заботу, чем сможешь ей обеспечить ты сам. Подумай об этом.
- Но.. Но почему Вы это делаете, Геннадий Владимирович. Я… я не знаю что сказать. - на глазах Игоря появились слезы. Ему хотелось вскочить и обнять Геннадия Владимировича. Он чувствовал в нем какую-то отцовскую заботу, которую не получал никогда ранее.
- Ну не ной. Ты же мужик. = улыбнулся Геннадий. - Пошли, познакомлю с главным врачом. 
Они вышли из машины и направились внутрь. Клиника вообще не походила на клинику. Это был пятизвездочный отель. Дорогой мрамор, люстры, стоящие, наверное, целое состояние. И главное, никакого запаха больницей. Они прошли в кабинет главного врача. Он задавал вопросы, Игорь отвечал. Рассказал про то, когда болезнь проявилась, как она проявляется сейчас. Какие таблетки принимает. Врач послушал и покачал головой. 
- Ее неправильно лечат. Есть хорошие таблетки, которые обеспечат ей хорошую стабильную жизнь. И с алкоголизмом ее мы тоже справимся. Если, конечно, Вы решите ее доверить нам. Пока не принимайте решение, пойдемте пройдем по палатам. Посмотрите как тут живут пациенты. 
- Я в машине подожду, мне нужно пару звонков совершить, - сказал Геннадий и ушел.
Игорь направился по палатам вместе с главным врачом. Все было так, как он себе представлял. Палаты все были одноместные. В палате были кровать, телевизор, тумбочка, шкаф. Холодильников не было. 
- Они и не нужны. У нас круглосуточная столовая, где можно поесть в любое время. Я бы пригласил Вас поесть, чтобы Вы заценили, но неудобно заставлять Геннадий Владимировича долго ждать.
- Да, конечно. Я Вам на слово верю.
- У нас, как вы видели, огромная территория. Есть свой парк. Свое озеро. Можно купаться летом. Зимой делаем ледовый каток. Для желающих есть теплицы, можно выращивать что-нибудь. Есть своя конюшня, где можно ухаживать за лошадьми и кататься верхом. Так что решаете?
Казалось, главврач уговаривает Игоря согласиться, как будет для него это крайне важно. Но его уговаривать не было необходимости. Он бы и сам здесь жил бы.
- Я согласен. Я же смогу ее навещать? 
- Да, конечно. По телефону записывайтесь и за Вами приедет машина в указанный час и место. Мы против того, чтобы сюда ездили на такси. Меньше людей о нас знает, лучше для пациентов.
- Понятно. Как ее мне к Вам привезти? 
- Напишите мне свой адрес. Завтра в 15-00 приедет машина. Пусть к тому времени Ваша мама будет готова, - сказал главврач, записывая адрес. 
- Отлично. Спасибо большое.
- Вы не пожалеете. Вот увидите. 
Игорь спустился на улицу и сел уже в столь родной красный БМВ. 
- Геннадий Владимирович, еще раз большое спасибо Вам. 
- Да, надеюсь это поможет твоей матери. Что решил в итоге?
- Конечно я согласен. На все согласен, лишь бы маме стало лучше.
- Вот и прекрасно. Поехали, отвезу тебя домой. 
На обратном пути Игорь набрался смелости и задал вопрос, который волновал его уже давно.
- Геннадий Владимирович. Вот у вас телефон +7 (999) 999-99-98. 
- Да, так точно.
- А у кого +7 (999) 999-99-99?
- У нашего главного. 
- А Вы, судя по номеру, его правая рука?
- Типа того.
- Круто. И что? Я могу вот так просто взять и позвонить любому вип-абоненту? Даже Вашему самому главному? - не успокаивался Игорь. 
- Нет, конечно. Это внутренняя связь. Только для тех, кто в телефонной книжке. Остальные все по-умолчанию в черном списке. Ты позвонить можешь только мне, пока ты в моей телефонной книге.
- Понятно. 
Так, за разговорами, они и доехали до дома. Игорь, воодушевленный увиденным, побежал домой.
- Мама, - закричал он с порога. - Я нашел самого лучшего врача в мире. Он поможет тебе.
- Отдаешь меня в психушку? - на удивление спокойно отреагировала мама.
- Нет, что ты. Это как санаторий. Как отель пятизвездочный. Там одноместные палаты. Отличное питание. Озеро, лес, лошади. Можешь даже огурцы выращивать. Это лучшее место, что я видел.
- Я знала, что этим закончится, - без агрессии, но с обидой в голосе проговорила она и закрылась у себя в комнате.

На следующий день, он все утро занимался сборкой матери. Собирал ее вещи, продолжая рассказывать как же в том пансионате хорошо. Мама не сопротивлялась. Кажется, она смирилась с этим, хотя Игорю казалось, что будет совсем наоборот.
Ровно в 15-00 приехала машина. Медперсонал был очень обходителен, обращался к ней по имени-отчеству. Не торопил, не хамил. Иногда даже подшучивал. В какой-то момент стало видно, что мама расслабилась и уезжала уже не такой напряженной. 
- Все будет хорошо, - успокоил сам себя Игорь. - Обязательно все будет хорошо. 
Впервые оставшись в квартире в полном одиночестве, Игорь не знал чем себя занять. Он слонялся по квартире и рассматривал вещи, которые мама принесла с улицы. Ему будет ее нехватать. Но главное, чтобы там с ней хорошо обходились. 
Вечером он направился в спортзал. Местные хорошо приняли его, действительно как родного. Помогали осваивать тренажеры. Следили, чтобы лишнего не поднимал. 
А на следующий день Игорь вернулся в свой маленький ад - университет. Местные гопники снова его задевали, но он молчал, мечтая, что однажды накачается и сможет дать им отпор. 
После занятий он направился домой, но там его поджидали. Те самые двое из параллельной группы. Вообще они всех задевали на курсе. Не только его. Отец одного из них был большой шишкой. Депутатом. Потому сынок творил что душа заблагорасудится. За ним и мафия какая-то стояла. В общем Игорь точно не хотел, чтобы у Геннадий Владимировича начались проблемы из-за него. Потому ничего не говорил ему. Планировал промолчать и в этот раз. Пара пинков и подзатыльник. Это совсем не то, что Игорь не мог бы стерпеть. Но в этот раз все пошло не так.
Когда он, проходя мимо них, получил очередной пинок, совсем рядом остановился огромный Джип без номеров. Из него вышел Валентин. 
- Игорек. Привет. Еду на работу, вижу ты идешь. И какие-то придурки тут тебе проходу не дают.
- Валентин. Не надо. Мы разберемся, - перепугался Игорь.
- Да чего тут разбираться. Знаю я этого бездаря, - сказал Валентин, показывая пальцем на саны депутата. - его папашка местечковый феодал. 
У бездаря округлились глаза. Такого отношения он стерпеть не мог, но и полезть в драку тоже. Валентин был раза в три больше него. 
- Да мой отец тебя со свету сживет за эти оскорбления, - рявкнул он на Валентина.
- Да, конечно. Вот, передай папаше вот эту визиточку. - Игорь узнал визитку Геннадия Владимировича. У него точно такая же лежала в кармане.
- И что эта за туалетная бумажка? Чего я ему передать-то должен?
- Ну там контакты человека, которого твой отец должен будет сжить со свету, если ты еще раз тронешь моего друга. Я тебя предупредил по-хорошему. Но я, полагаю, это лишнее. Остальное твой отец сделает сам, если любит своего отпрыска.
На этом разговор закончился. На следующий день, к удивлению Игоря, эти двое к нему больше не подходили. Ни на следующий день, ни через день, ни через неделю. Игорь не выдержал и сам подошел к ним, набравшись храбрости.
- Ну что? Что твой отец-то сказал насчет визитки?
Отпрыск депутата злобно и в тоже время как-то с уважением посмотрел на Игоря. 
- Он сказал, что если я тебя еще раз трону, он лично отправит меня в армию. Не знаю, что это за мужик, но я никогда не видел, чтобы у моего отца так округлялись глаза.
Игорь довольно хмыкнул. 
- Хорошо. Ну ладно. Бывай.
- Ты это, если что-то нужно будет, говори. - сказал недавний мучитель, а теперь испуганный ребенок. 
- У меня есть к кому обратиться, - и довольный собой Игорь направился домой.

Следующие несколько месяцев он посвятил разработке сайта и занятиям в тренажерном зале. Каждый раз, глядя на себя в зеркало, он видел, как прибавляются мышцы. Новые друзья-качки взяли над ним шефство. Помогли купить современную удобную модную одежду, отвели в парикмахерскую, привели его внешний вид в норму. Игорь стал замечать, как на него стали засматриваться девушки. А однажды к нему подошла она, Аня.
- Привет, Игорь. Отлично выглядишь.
Он смерил ее взглядом и прошел мимо, даже не поздоровавшись. В нем до сих пор жила обида, которую он получил в тот вечер. Он ее не простил. Столько раз он представлял себе, как она сама первая к нему подойдет, а он просто проигнорирует ее. Ему казалось, это будет верхом его достижения. Верхом мести. Но он ничего не испытал. Не получил желаемого удовольствия. Как будто он всегда был небожителем, а не выбрался из грязи в князи. 
В университете он быстро превратился в большого авторитета. Ходил важный, в окружении, так называемых, друзей, которые еще несколько месяцев назад на него даже не смотрели. А все красотки строили ему глазки. Игорь воспринимал все это естественно и не замечал как сам стал превращаться в отпрыска депутата, задевая младших.
Через несколько месяцев сайт был готов. Он работал отлично. В спортзале стали появляться новые люди. Он начал приносить прибыль. Геннадий Владимирович был очень доволен. Однажды он позвал его к себе в кабинет.
- Садись, Игорь. Это важный разговор и он только между нами. Ты должен пообещать, что никогда никому о нем не расскажешь. 
Игорь, конечно, немного напрягся, но он так привык уже к этой новой жизни, что ему уже было все равно, что ему предложат. Он на все готов, лишь бы все осталось как есть.
- Твои успехи со спортзалом впечатлили и меня, и моих партнеров. Я не ошибся в тебе. Ты действительно умный малый. Мы решили предложить тебе подняться на уровень выше. На уровень, о котором ты еще даже не догадывался полгода назад. Но я хочу предупредить. Как только ты согласишься - назад дороги не будет. Никак. Мало того, тебе придется даже сменить город проживания и никогда не возвращаться назад. 
- Но как же мама? 
- О ней позаботятся. Не переживай. Я буду с ней общаться и передавать приветы от тебя. Ей всяко будет лучше там, чем с тобой в той захламленной двушке.
- Это правда. А что значит подняться на уровень вверх?
- Встать на один уровень со мною. Ты сможешь получить себе такую же визитку, такой же номер телефона, неограниченные деньги и строить свою империю, но в другом городе.
- А взамен?
- Взамен ты откажешься от своего прошлого и даже от своего имени. Ты станешь совсем другим человеком.
Встать таким же, как Геннадий Владимирович. Ничего ж себе. Он об этом даже не мечтал. Да что там, он не мечтал иметь такого знакомого, не то, чтобы быть самому таким. Конечно он согласен.
- Да, да! Я согласен. Но мне непонятно почему именно я?
- Ты отдаешь себе отчет, что если я отвечу на твои вопросы, твоя жизнь изменится навсегда и у тебя уже не будет шанса спрыгнуть с поезда?
- Да, я все понимаю и на все согласен. Расскажите мне все и почему я.
- Почему ты? Считай тебе повезло просто. Мало кому так везет в жизни. Если бы мы тогда не встретились в подворотне, а на следующий день на остановке, ничего бы не случилось. Но я верю, что случайности не случайны. Плюс ты достойно показал себя в работе с сайтом. Для нас сейчас это принципиально. Настали новые времена и нам нужно двигаться с ними в ногу. Нашему клубу нужен айтишник. Гений. Способный вывести нас на новый уровень.
- Кого ВАС?
- Наш клуб. Закрытый клуб “Святовит”. Ты узнал кто это такой?
- Конечно. В первый же день погуглил. Старославянский бог войны.
- Молодец. У нас есть закрытый клуб, куда невозможно попасть с улицы. Только по рекомендациям. Это международный клуб. Есть его представительства во всех славянских странах, включая Польшу, Чехию и Словакию и другие европейский страны. Мы занимаемся политикой, экономикой, бизнесом. Всем на свете. В последнее время, если ты следишь за новостями, мы стали проигрывать. У нас могущественные враги, которые хотят нас, славян, рассорить, по кусочку отрывая, сначала Польшу, потом Чехию, теперь вот за Украину взялись. Наши методы были старомодны, но теперь мы решили сделать шаг в двадцать первый век и выйти на новые технологии. Пришла пора нам выйти на уровень Гугл, Эппл и Майкрософт. Иначе мы, славяне, проиграем. Мы готовы принять тебя в клуб и дать тебе возможность воплотить все эти идеи в жизнь. Нам нужны такие самородки, как ты. Гении, способные бросить вызов Западу. Ты готов? 
- О да. Несомненно готов - Игорь не верил своим ушам. 
- Отлично. 
- А как Вы стали членом клуба?
- Мне тоже повезло. Мои родители когда-то работали в МИДе и я успел обзавестись связями, как ты видишь тут на стене, - Геннадий Владимирович, обвел взглядом стену с фотографиями видных политиков. 
- Офигеть.
- Но ты понимаешь же, клуб очень серьезный. И мы не можем допустить попадание случайного человека. Поэтому есть одно условие. Каждый вступающих в наш клуб “Святовит” должен принести жертву.
- Жертву? - нервно хихикнул Игорь.
- Да, жертву богу войны Святовиту. 
- Поросенка? Быка? - сразу напрягся Игорь.
- Нет, Игорь. Человека. Самого дорогого тебе человека. Ты должен отринуть от всех мирских забот и полностью посвятить себя Святовиту. 
- Я должен буду убить этого человека?
- Да, - без тени эмоции сказал Геннадий. - это навсегда тебя свяжет с нами. 
Игорь ошалело сел на стул. К такому он был не готов. Принести в жертву самого близкого человека? Это очень большая жертва. Но с другой стороны невероятная власть, которую Игорь испытал на себе лишь слегка прикоснувшись к ней. А что же будет, когда он станет частью этой власти. Когда он станет избранным. И его работа - это даже не гугл. Это создание конкурента гугл с нуля. Это что-то выдающиеся. И цена всему этому один человек.
- Я готов. 
- Хорошо. Кто тот человек, которого ты готов принести в жертву. Кто самый дорогой тебе человек?
- Это… - Игорь замялся. - Это Аня. Любовь всей моей жизни. Я готов был жениться на ней. Даже сделал ей предложение в тот день, когда мы с Вами встретились в первый раз.
- Хм. Аня. Я думал… впрочем неважно. Дай мне ее номер телефона и отправляйся домой. Через неделю мы летим на частный остров в Тихом Океане. Там соберется вся верхушка клуба с разных стран. Там ты и пройдешь обряд. О том, чтобы Аня туда попала я позабочусь сам. До встречи через неделю. Пока тебе не стоит появляться в зале. Во избежание случайных проколов. Да и в Университет ты можешь не ходить. Через неделю ты умрешь и возродишься новой личностью. 
Игорь ушел домой и неделю сидел дома. Ему было страшно. Но меньше всего он хотел возврата к своей старой жизни. И тем более, как он понимал, ему уже все равно не дадут вернуться к этой жизни.
Так прошла неделя. За ним приехала машина. Ему выдали билет и отвезли в аэропорт. Там он сел на нужный рейс и отправился на какой-то остров в Тихом океане. Его встретили с табличкой. Почтительно отвели в большой черный лимузин и отвезли в порт, где он пересел на катер и они часа три добирались до нужного им острова. Там его встретил человек в маске Бога Святовита. Проводил в его комнату и наказал не выходить из нее до утра. В комнате было все, что необходимо. Туалет, ванная, холодильник. 
Так Игорь провел последний день своей старой жизни, готовясь переродиться в новой в могущественного члена клуба. 
На следующий день за ним пришел такой же человек в маске Святовита и предложил жестом последовать за ним. Его провели в подвал, в котором горели факелы на стенах, а потом в большом зале стояли около двадцати человек, абсолютно одинаково одетые. Игоря поставили в центре круга. 
Через несколько минут с другой стороны привели Аню. Она оглядывалась по сторонам, но в ее глазах не было испуга.
“Бедная. Она даже не подозревает зачем она тут”. Когда Аня увидела Игоря, она еле заметно кивнула ему головой. Она знала, что его увидит. Странно. Но какая разница. Скоро все будет закончено. 
Один из стоявших вокруг членов клуба вышел в центр и произнес по-русски, но с каким-то явным акцентом. 
- Дорогие друзья. Мы собрались тут сегодня, чтобы поприветствовать нашего нового члена. 
Игорь старался не улыбаться. Но он очень плохо контролировал свои эмоции. Очень скоро он станет одним из самых влиятельных людей в мире. “Дайте же мне уже скорее пистолет, копье, шпагу, топор или чем там у вас жертву приносят и покончим скорее с этим цирком”
- Для этого новый член должен принести жертву богу Святовиту. Для выполнения обряда выдайте ритуальный нож нашему будущему члену Анне.
До Игоря не сразу дошло происходящее. Анне? Будущему члену? Это какая-то ошибка. Он испуганно стал искать глазами Геннадия Владимировича. Но все члены клуба были в масках и никто из них даже не пошевелился.
- Подождите, подождите. Это какая-то ошибка, - заверещал Игорь, как раз в тот момент, когда сильные руки с двух сторон схватили его за плечи. - Я! Я должен стать новым членом и принести в жертву Аню. 
Краем глаза он увидел, как кто-то передал Анне нож. Игорь начал говорить еще быстрее:
- Это ошибка! Это ошибка! Позовите Геннадия Владимировича. 
В это время Анна незаметно подлетела к Игорю и вонзила ему нож возле сердца. Игорь изумленный стал оседать на пол. 
- Это ошибка, - продолжал он говорить, но его голос становился все тише и тише.
В этот момент из стоявших по кругу членов клуба отделился один и подошел к Игорю. Не снимая маски, он заговорил голосом Геннадия Владимировича.
- Я действительно хотел, чтобы ты стал членом клуба. Но ты обманул меня. Ты выбрал не того человека, которого больше всего любишь, а выбрал Анну, чтобы отомстить ей за то, что она отказала тебе и ты сам себя выставил посмешищем. Кроме того она взломала твой сайт для спортзала и сказала, что ты его плохо написал. Ты использовал ее дату рождения для своего пароля. Невероятная глупость. Теперь она станет нашим новым членом клуба и закончит проект вместо тебя. Заканчивай его.
Анна схватилась за нож и потянула его в сторону сердца.  Ее безэмоциональное лицо было последним, что видел Игорь в своей жизни.